— Да, — подтвердил Северцев, — И! чтобы экипаж под воздействием своего же работающего оборудования «не загнулся», — он снова смутился, на этот раз из-за просторечности используемых выражений, ну-там «растаращиться», «загнуться». — Сами понимаете, там вторичных и остаточных излучений и воздействий хватит, для… гхм, это много хуже, чем человека на ствол ведущей бой крупнокалиберной автоматической пушки верхом посадить… так, для сравнения. Поэтому: системы компенсации и переориентации вторичных… Но! Уже сразу просчитывается возможность установить на такой корабль два фазера, оптимизированных, но не уступающих по ТТХ действующему образцу.
— «Неуступающих» — это хорошо. Но сам понимаешь, «ЭТИ», — Гай ткнул большим пальцем себе за спину, — задают новые стандарты для дистанции боевых орудийных контактов в открытом пространстве. Поэтому дальность срабатывания наших фазеров необходимо увеличивать. Причём, минимум раза в два. Чего замер Антон? Дыши. И не вытаращивай глаза. И мне можешь не возражать — нам «ЭТИМ» ВОЗРАЖАТЬ чем-то надо.
— Так вот, я и говорю, — заметил Анохин, — Эффективные дальнобойные орудия — у нас под боком. Их можно скопировать, в том или ином виде. Нам это по возможностям, надеюсь. Правда, возникают технические нюансы с конструкцией носителя, то есть непосредственно корабля… возможно придётся увеличивать базовое массоизмещение в принципе. Но, ради эффективной боевой дальности можно поискать возможности…
— Возможности!? — разозлился Наумов, — Нюансы?! Поискать! Эффективность!!! — тьфу. Были бы Леннокс и Румяшина здесь, они бы тебе в лицо рассмеялись. Да — вот, на Руслана с Гаем посмотри. Их попробуй убедить в эффективности тех орудий. На Чужаке, на носителе, одно орудие по МГП больше «Прайма». В разы. И? Каков результат? О кàкой эффективности ты говоришь?! Я-лично, поставил бы на фазеры в принципе, на вибромодулярную артиллерию, как таковую. Как на направление развития. Ещё Семён говорил…
Берсенев дёрнулся при этих словах. Наумов неожиданно замолчал на полуслове. Гай взглянул на него, на Анохина и снова повернулся к Северцеву:
— Так вот, я и говорю: дальность срабатывания фазеров необходимо увеличивать вдвое, Антон. Даже в этом случае мы будем им уступать на треть дальности боя. А «ОНИ» достаточно быстро научатся противодействовать нашей тактике входа в клинч. Как только кто-то из «НИХ» улизнёт из драки и сможет «поделиться опытом». Схемы противодействия подобной тактике наработаны на Земле давным-давно. Даже если у чужаков таких наработок нет, они достаточно быстро додумаются до активной обороны, эшелонирования, взаимного прикрытия, охватов и блокировки-контроля направлений манёвров. Нам, кстати, нужно тактическую аналитику в общеобразовательный курс ввести. Совместим, скажем, с историческими тенденциями, к примеру, — Гай покосился на Руслана, Лузгин задумчиво кивнул, — И варьировать углублённость темы в зависимости от целевой направленности подготовки. Пилотам в первую очередь. И брать нужно тактику чуть ли не с линейного стрелкового боя. Или вообще с первых пехотных построений с конными прорывами и охватами.
— Парни! Вы понимаете, что вы делаете!? — замогильным голосом простонала Николь, — Вы хотите ввязаться в космическую войну на уничтожение! Со звёздной расой. А у нас ресурсов — три тысячи человек. И Земной «инкубатор» нам в этом не помощник. На каждый корабль по лузгину и леннокс не посадишь, — в словах снова зазвучали злые слёзы, — Румяшина пожертвовала кораблём и экипажем ради уничтожения противника. Таль просто погиб. Да и Синди, скорее всего тоже. Мы до сих пор не можем лоцировать шлюп два-один.
Руслан нахмурился.
— Не в этом дело, — ответил Гай, — Мы не горим желанием ввязаться в космическую войну, Николь. Только выхода другого у нас нет, потому что мы УЖЕ в неё ввязались. Правда. Не по своей воле, но увильнуть от глобальной драки нам теперь не удастся. И люди будут гибнуть, причём гибнуть будут лучшие. Это придётся принять как данность. Как заметил Антон: «теперь либо мы, либо они». У нас в плюсах, выражаясь шахматными терминами: выигрыш фигуры и перехват инициативы. Этим надо воспользоваться в полной мере.
— Прекрасно, — неожиданно заявил Лузгин. Он привычно смял одноразовый стаканчик и отправил его в утилизатор. — Подвожу итоги.
— То есть, теоретизировать дальше ты нам не дашь, — удовлетворённо заметил Берсенев.
