— Много. Для нас. Но сущая мелочь даже в планетарном масштабе, не говоря уже о галактических мерках. Кстати, заметил? в последнее время темпы развития качественно ускорились — с миллионов лет до жалких десятилетий. Всё относительно. Для нас время внутриатомных реакций ничтожно мало, а протоны с нейтронами себя прекрасно чувствуют, постоянно обмениваясь положительным зарядом и удерживая на орбите электроны. Подозреваю, в свою очередь, ядерные частицы являются целыми вселенными, состоящими из метагалактик-кварков. И наша вселенная — составляющий более крупную частицу кварк. Как мы сегодня знаем, вся материя не просто «болтается» в пустоте. Всё это постоянно изменяется и взаимодействует по определённым законам развития. И мы — часть этой цепочки взаимодействий. И не только мы. И нюанс такой: кто не хочет или не может принимать участия в этой макрореакции — просто отмирает. За неспособностью. Ничего личного. Не хочешь жить — отвали, от таких Вселенная избавляется. И отсев начинается не просто с планетарного уровня, с уровня цивилизаций. Всякие бактерии, вирусы — тоже выживают, в меру своих сил сражаясь за свою жизнь. Вероятно, такое «самозаселение», всего на всего — защитная реакция Галактики на внешние раздражители. Мы можем только предполагать, какими энергиями будут оперировать существа, заселившие в результате нашу галактику, и с какими целями. Но закон один для всех: не сможешь выдержать гонку на выживание в макроцепочке взаимодействий — вымрешь. Заметил? Отсев, отбраковка неспособных идёт на всех уровнях.
— То есть, не состоимся как цивилизация, не выгрызем себе право на существование — нас отбракуют… — протянул Гай, — Жизнь — постоянное развитие и борьба. Именно это — естественный процесс.
— Да уж куда естественней! Всё просто, ничего «личного». Не хочешь жить — подвинься. Слаб, ленив, заблудился, сбился с пути в процессе развития — уйдёшь сам, рано или поздно. Или тебя «уйдут» другие претенденты на главенствующую роль в галактике. Кто его знает, на какие сигналы реагирует планета на начальном этапе развития, сгоняя «ленивые», неспособные виды, цивилизации. Человечество достаточно прочно «уселось» на Земле, планете не просто нас «согнать» собственными силами. Ну-так — вот нам, «нарисовали» соперников-противников: всё в рамках Закона — развиваться или исчезнуть. Быть или не быть. Хм. Хочешь — будь, не хочешь… — Рус развёл руками, — Сигнал-импульс к развитию — он всех касался. Мало того, подозреваю, «сегодняшняя» попытка Галактики «ожить», «самозаселиться» — далеко не первая. Если это вообще не перманентный процесс…
— Парни?
Руслан обернулся, от неожиданности резковато. Гай вдохнул. В нескольких метрах стояла Йенч, в сопровождении медички, немного растерянная, в кремовой больничной «коже», идеально обрисовавшей её фигуру. Берсенев не сдержался, выдохнул: «Хороша!». Хорошо хоть не вслух, одними губами. Рус чуть не ткнул его в бок, но сдержался — она не заметила вроде.
— Вы меня ждёте?
Руслан кивнул.
— Это по поводу…? — она не договорила, взгляд стал тяжёлым, наполнился болью.
Руслан снова мрачно кивнул.
— И… как?… он… — Валеска снова не смогла договорить.
— При обороне САЛАКа. — Гай хотел сказать «героической обороне», но пафос показался неуместным.
— Ребята, вы наверняка всё проверили… — она замолчала на несколько бесконечных секунд, но всё же спросила, — Скажите, а… МЫ — могли успеть? Спасти?
Гай растерялся, как тут просчитывать вероятности? И что сказать, что некоторые люди всё же выжили? Ей от этого легче? Монтажники и так продержались, фактически без оружия и специальной подготовки, дольше, чем могли. Они оттянули на себя ударные отряды. И не просто оттянули — уничтожили. Возможно именно поэтому больше сотни человек смогли банально спрятаться. У Чужаков другая задача была, им нужно было оборудование сопрячь и оптимизировать; их технические маневры привели Северцева в «шок и трепет». И не его одного.
