Как только сопротивление было подавлено, боевые группы «чужаков» прекратили прочёсывание станции — тех, кого успели отыскать, поймать — живыми тащили на «шайбу». Несколько человек разделали на месте — изучали и, видимо, не сочли особо опасными, возможно из-за отсутствия «природного» оружия. А остальных именно несли, тащили живыми, волокли — не конвоировали. Для чего именно понадобились живые люди — несколько обсуждаемых вариантов. Но перспектива у пленных всё равно была не радужная. Причём одна особь вполне свободно справлялась с переноской одного, более тяжёлого кстати, человека. Особо буйных успокаивали дротиками со специфичным нейротоксином. Правда, как только первый взвод начал абордаж, пленных прикончили и бросили в том месте, где их застал приказ на сбор для отражения атаки. По отчёту Лекса, боеспособность десанта оказалась для Чужаков настоящим смертельным сюрпризом. Они явно долго не могли рассчитать усилий, необходимых для отражения атаки, проваливали попытку за попыткой. Да так и не смогли в результате. Хотя… полувзвод Фирсовой задавили в конце концов. Возможно именно из-за абордажа десанта они не нашли ресурсов продолжить прочёсывание станции. Но к началу абордажа сопротивление монтажников было уже подавлено.
— Нет, — сказал Руслан.
Валеска молчала, разглядывая невысокий потолок. Медичка с укоризной выглядывала из-за её спины. Показала руками — время, мол, хватит! лечение не закончено, дайте отвести пациента в палату. Йенч, наконец, опустила глаза, посмотрела на Гая с Русланом.
— Значит, при обороне, — она непроизвольно тяжело вздохнула, — Больно было бы самой перекапывать видеофайлы. Благодарю, парни, что нашли возможность сказать мне об этом лично. А сейчас извините, мне нужно побыть одной.
Она сделала несколько шагов и скрылась за шлюзом терапевтического блока. Медичка задержалась, сделала большие глаза и старательно покрутила пальцем у виска. Закончила пантомиму настойчиво показав рукой, мол — валите отсюда, мои пациенты, что хочу, то и делаю. Гай хотел было заикнуться, что их «миссия» здесь ещё не закончена. Но медичка встала в позу и однозначно показала рукой — нет. Хватит, вон отсюда. И бросила уже в спину:
— Разболится голова — приходите, вылечим.
Рус обернуться не соизволил, только сердито тряхнул головой — эти слова ему не понравились. Гай чуть не плюнул с досады, но оборачиваться тоже не стал. Они отошли шагов на тридцать и его вдруг прорвало:
— Я не понял, она что, считает что мы совсем «эти самые» что ли? Те-которые «и ни туда, и ни в туда»?! «лишний бюрократический элемент»?… типа земных мальчиков-зайчиков? Мы тут отдуваемся за всех… на нас всё… Я с самого боя не то, что не спал, не ел даже. Ты, кстати тоже. Она совсем ориентиры перепутала! Как там её? ехидна… Ну я ей устрою!
Руслан усмехнулся:
— Вот-вот, давай-давай, устрой! а то кипишь тут гневом праведным вхолостую.
— Ты о чём? — не понял Гай, от неожиданности он почти остыл.
— Ну-как, девица одинокая, красивая, ну и устрой ей «в туда», чтоб больше уважения проявляла, — расплывчато сформулировал Руслан и продолжил без логического перехода, — Ну что, готов ввязаться в жёсткую цепочку Галактических взаимодействий?
Гай остановился, затряс головой. Но задать вопрос Руслан ему не дал:
— Только пошли действительно сожрём чего-нибудь для начала. В зону отдыха, а? В ресторан! «Прайм» обещали полностью ввести в строй часов через восемьдесят. К тому же сроку свернут все рабочие и исследовательские процессы. А нам ещё поспать было бы хорошо, а то на голодный желудок в межзвёздный переход отправляться не комильфо, — с ехидцей добавил он, — От нас же столько зависит!
Он обернулся, улыбнулся весело.
— Чего лыбишься? — с подозрением уточнил Гай.
— Не знаю. Камень с души, не знаю почему. Просто подумал, что жизнь продолжается.
— А как же координация процесса? Ну-там, — Гай поводил рукой, — как «они без нас»?
Руслан несколько беспечно пожал плечами, не переставая улыбаться:
— Целый час уже справляются, нормально, доклады периодически приходят. Значит и дальше смогут. Вот что значит правильно мотивированный экипаж и грамотно организованный процесс.
Берсенев подумал немного, потом тоже рассмеялся и махнул рукой:
— Идём. В конце концов, организаторам и мотиваторам тоже нужно отдыхать.
— Ага, и кушать хоть иногда. Яна и так уже обзывается, говорит, что я тощий.
— А что ты там говорил насчёт ввязывания меня в цепочку Галактических взаимодействий? Что имел в виду?
— О-о-о, брат! Это сакральная засекреченная парадигма. Будь настойчив, ищи истину, и понимание снизойдёт на тебя!
— Нет, чтоб помочь! подсказать… друг называется!
И рассмеялись оба. Они прошли ещё несколько шагов, вдруг Лузгин неожиданно серьёзным голосом сказал:
— Не знаю, сколько у НАС есть времени, перед выходом в Большой Космос…
Гай попытался заглянуть Руслану в глаза, но тот смотрел прямо, в «необъятные дали» и, такое ощущение, даже больничного коридора перед собой не видел.
