— Этот разговор тяжело тебе даётся, друг. Я лучше пойду. Извини.
Ушёл.
Криста скользнула на своё место, тихонько села напротив. Руслан скривился, глядя в стол. Потом зло тряхнул головой, ткнул пальцем в сенсор меню. Через минуту подкатилась тележка, ловко перегрузила манипулятором на стол чашку с горячим кофе, пододвинула Руслану. И укатила. Рус продолжал молчать.
— Может, возьмёшь чего-нибудь, не столь крепкое, как твой кофе? — слишком серьёзно предложила Криста, — Вполне можешь долить свой кофе в коньяк. Кофе почти не пострадает.
Рус вскинул на неё удивлённый взгляд:
— Первый раз от тебя такое слышу.
— А я первый раз тебе такое и говорю. Сил нет, на тебя смотреть. А мне нервничать не рекомендуется! — она сделала попытку улыбнуться.
Рус встряхнулся, отгоняя тяжёлые мысли, ответил на улыбку:
— Пожалуй ты права. Но без коньяка я обойдусь, не хочу кофе разбавлять.
Криста подалась вперёд:
— Пойдём уже, «неразбавитель», тебя в рубке ждут. Николь тут тебе докладывает — старт через час.
Руслан вскинулся с напускной настороженностью, коварно прищурился, но улыбаться не перестал:
— Именно. Каперанг Симон МНЕ докладывает! Каким образом…
— Имею полное право, — непринуждённо перебила Грань-Геката, — Интересоваться делами своего мужа!
Она плавно встала, погладила плоский живот, безуспешно попытавшись его выпятить.
— Да ладно! — Лузгин задохнулся.
Потом сцапал её, подтянул к себе, обнял, нежно прижал…
— Пять недель уже, грубиян. Какие вы мужчины невнимательные!.. всё, отпусти меня Лузгин… хватит нацеловывать — разбалуешь… намекала ему намекала… Всё. Иди. Тебя в рубке ждут… нет, я с тобой не пойду, у меня своё место по штатному расписанию, — она совершенно неубедительно его оттолкнула, — Иди. Вот уйдёшь — и я сразу после тебя. Давай, ты в тот шлюз, я в другой.
Рус рванул на выход. Криста проводила его взглядом. Качнула головой — подпрыгивает, как мальчишка, не узнать. Как, оказывается, мало надо, чтобы довести «гранитную Глыбу» Лузгина до состояния детской восторженности! Или это — не мало? Она села на его место за стол, оглянулась. В зоне отдыха уже никого не осталось. Ну-да. Как же — такой момент! Сейчас, вот сейчас — случится событие! Первый переход к другой Звезде! Все уже в своих ложементах, дрожат от предвкушения… И мне пора. Нужно дать автоматике зоны отдыха в походное положение «уложиться». Ничего, минут за десять-пятнадцать справится. Она вдруг тревожно потянула носом, осмотрела стол с остатками обеда, нашла глазами нетронутую подостывшую чашку Руслана, снова принюхалась. Не понимая, что делает, натолкала в неё сахара, размешала пальцем, жадно выпила. Стало легче, в голове прояснилось. Фигня какая-то, никогда раньше кофе так не пила… А кстати, за Тимирязева теперь мне отдуваться, новую роту формировать. Больше некому. Можно человек пятьдесят на Валеску свесить, ей точно есть чего им «дать». Вопрос в том — стоит ли разбавлять? Хм. Нет, пожалуй. Делать первый взвод «жиже» — никакого желания нет. Доберёт сама, кого захочет, но много не возьмёт, я её знаю. Зато спаяет и надрючит так, что превратит взвод в новый «бронебойный кулак». И «новый» — ключевое слово. Потому что «старый» уже… скажем так — не столь актуален в дальнейшей перспективе. Ну и правильно: у нас должен быть эталон. Пусть уровень задают, иначе остальные «закиснут». А мы будем у них учиться.
Она встала, ладони на поясницу, снова попыталась выпятить живот.
Выпятила нижнюю губу. Хм. Беременный капитан…? Ничего, я справлюсь. Так новую роту в оборот возьму! Ни Руслану ни Валеске за них стыдно не будет. Надо только экипаж Леннокс у Йенч отобрать, Валеска поделится по дружбе, сама её попрошу. Вот. И девчонкам… и Настя с Гелей тоже — пусть подбирают себе новые экипажи, каждая. Немного потренируемся и получим ещё двух каплеев школы Леннокс. Класс. И новую роту между ними разделим. Надо только их слепить покрепче, но с этим я справлюсь. А Валеска себе и другую пилотажную группу воспитает, и новую роту десантной практикой не обидит. Хорошо получится. Вот.
Надо ещё Руслану объяснить, что это именно его план, пока он другой не придумал. Ничего, при первой же возможности зажму его в кубрике, куда он денется, когда разденется.
Она двинулась к выходу, зарастила-герметизировала «шкуру». Надо занять своё место по штатному расписанию.
Пора.
Первый межзвёздный всё же.
В большой семье… не щёлкай клювом!
Яна вплыла в рубку «Прайма» как солнышко, пухленькая, с восьмимесячным животиком, довольная и радостная. Поздоровалась и плавно уселась в свой ложемент.
