Она вошла на первый этаж — темновато, только дежурное освещение. Весьма романтичное, кстати. И тихо очень. Его что, дома нет? Нет, понятно, что по графику, у них секс должен быть завтра… и завтра она будет с ним очень нежна. Так может и поговорить обо всём завтра? Ну, сразу после? Нет! Будь что будет, но поговорить она попытается сегодня — завтра у неё может решимости не остаться. Не первый раз уже откладывает. Она и сейчас-то трусит, как мужчина. Что, если он откажется? Насовсем? Где тогда претендента на роль отца искать? Не родителя «два», а отца — Макс твёрдо уверенна, что у ребёнка должен быть папа. У неё-то есть, благодаря терпеливой мудрости матери, она знает, что такое папина любовь, забота… Да, она не слишком состоятельна, впрочем, как и её мама. Но мать смогла найти мужчину, настоящего, даже не «поли»! Неужели, в наше время, совсем мужчины перевелись? Или Макс совсем не в струе? Или ищет плохо… и не в том месте.
Она настороженно кралась по собственному дому, боясь спугнуть… тишину? Собственную решимость? Неужели, правда его дома нет… Вроде и деваться ему сегодня особо некуда. Никаких предложений или приглашений рекламных, которые могли его заинтересовать, на почте вчера не было.
Она поднялась на второй этаж, заглянула в спальни, в личные комнаты, даже в свою, на всякий случай. Зашла в кабинет… ну конечно! Макс шумно выдохнула, захотелось закричать. Топнуть ногой, проорать что-нибудь несвязное! Ну, как она не догадалась! Даже не предположила, почему-то. Муж был в вирте. Это значит, до завтра его из вирт-капсулы не выколупать. Нет, достать его из вирта можно конечно. Но был целый список всевозможных «но», который делал эту затею, мягко говоря, нецелесообразной. Макс с досадой посмотрела на свою вирт-капсулу. Не то чтобы ей не хотелось. Нет, она предвкушала, как вернувшись с работы, нырнёт в уважаемую ей вселенную «Стар драйв». Но после разговора, уже добившись согласия от мужа. А тут… ладно, завтра, значит завтра. Она всё же топнула ногой. Нет, ну почему в жизни всегда не так, как хочется? Почему всё против неё? Аж злость берёт! Она ещё раз топнула ногой и рванула вниз, в подвальчик — там у неё личный спортзал был.
Напряжение сбросить. Необходимо просто! «Стар драйв» от неё не уйдёт — она потратит час, зато потом, точно почувствует себя лучше. Она ворвалась в спортзал, хлопнула в ладоши, включив свет, голосом скомандовала «ярче» и сбросила с себя одежду. Беговая дорожка разогналась быстро, подстраиваясь под неё, хоть и принялась нудить о физиологической целесообразности постепенного нарастания нагрузок. И ещё попыталась навязать лесной видеоряд. Подул ветерок, запахло соснами, защебетали птички. Макс движением руки запретила эти инсинуации. Птички заткнулись, сосны исчезли. Как они надоели все, современные модели умных домов! Они, почему-то считают, что нужно постоянно расслабляться, не нервничать, чаще улыбаться, веселиться, и постоянно пытаются в этом помочь! Этот тоже навязывался, пытался подмешивать тоники ей в коктейли, связывался с группой психологической поддержки и, даже, раз сообщил в милицию. Гадкая пастилка! Но Макс с ним быстро договорилась, так хитро выкрутив «мозги» этой синтековине, что даже в милиции ничего не заподозрили. У технических специальностей свои преимущества есть, как бы мало эта работа не оплачивалась. Но периодически навязываться умнодом не перестал, да и Адам с ним. В конце концов, она не псих, не асоциальный элемент — она боец чинтаксу. Четвёртого, между прочим, уровня. Макс соскочила с дорожки, тут же семь раз отжалась от пола, четыре раза подтянулась на перекладине и начала растягиваться. Взмокла, наконец. Напряжение отпустило. Стало лучше. Можно ещё поработать на пресс с ударами. Она обтёрлась полотенцем, натянула перчатки, тонкие, только с защитной накладкой на ударной поверхности, на костяшках кулаков. Активировала куклу спарринг партнёра, надела ему на руки лапы, усадила на пол посередине. Пристроилась, зацепившись ногами. Поднялась — удар. Медленно опустилась, поднялась — два удара. Потом три и снова один. Поработала так минуты две, снова отжимания, подтягивания и растяжка. Встала, отдышалась. Кукла постоял немного в центре и пошёл в свой угол.
— Куда! — рявкнула Максим, — Я тебя не отпускала. Вернись, — она постояла ещё чуть-чуть, потом приняла боевую стойку и скомандовала, — Чинтаксу, четвёртый уровень, бой!
Заблокировав пару ударов, она провела подсечку под опорную ногу, кукла чуть не упал, но устоял, попятившись назад. Макс дошагнула и ударила ногой в живот. Манекен рухнул на спину, однако секунд через пять поднялся в стойку, изображая, впрочем, некоторую побитость.
— Получил, резинка! — женщина возликовала, — Ну, теперь держись!
