– А что же поделаешь? Нам надобно добраться до повешенного, а мне туда нипочем не влезть.
– Но я не могу…
– Можешь, еще как можешь!
И Гёц фон Берлихинген, имперский рыцарь, сам не понял, как полез на виселицу.
Железная рука служила ему не хуже настоящей. Поднявшись до половины, он перерезал ножом веревку, и висельник с глухим стуком упал на землю. При этом голова от удара отделилась от туловища и откатилась в сторону.
– Теперь можешь слезать! – позволила ведьма.
Рыцарь слез и увидел, что черная женщина колдует над покойником, кромсает его маленьким острым ножом.
Рыцарь отвернулся, чтобы не видеть это отвратительное и богопротивное занятие.
Взгляд его остановился на окружающих дорогу кустах – и он увидел сотни светящихся глаз, которые с жадным любопытством следили за ними из темноты.
– Ну вот, дело сделано! – раздался за спиной у него хриплый голос колдуньи. – Я взяла все, что надобно для работы, так что мы можем возвращаться!
Через полчаса они снова были в военном лагере, в палатке, которую занимала черная женщина.
Войдя в нее, женщина разожгла огонь в сложенном из камней примитивном очаге, подвесила над огнем ржавый котелок, налила в него воды, бросила пучок каких-то трав, от которых потянулся пряный, дурманящий аромат.
Когда вода закипела ключом, ведьма развязала свой узелок, вытащила оттуда какие-то отвратительные, окровавленные ошметки и стала бросать их в кипящую воду, приговаривая своим хриплым, каркающим голосом:
– Жир висельника… без него ничего не получится… а вот его мизинец – он тут очень пригоден, и как раз левый… и вот это непременно нужно добавить…
Она бросила в котелок что-то круглое, в белесых и красных прожилках, и рыцарь с отвращением и ужасом понял, что это – человеческий глаз.
Затем ведьма забормотала что-то вовсе не понятное – то ли колдовские заклинания, то ли грязные ругательства на каком-то незнакомом языке. Наконец она размешала свое варево веткой омелы и повернулась к рыцарю:
– Ну вот, милостивый господин, все, считай, готово… приготовь-ка свою железную руку!
Гёц расстегнул ремни, снял протез и бережно положил его на землю рядом с очагом. Ведьма тем временем еще раз перемешала гнусное варево, а затем вдруг схватила котелок голыми руками и выплеснула его содержимое в очаг.
