– Новый шеф-повар, очень популярен в Бангкоке, – охотно ответил официант. – Десять лет служил в королевском дворце. Кроме того, у нас всегда великолепные омары и свежайшие устрицы.
– Я привык к простой еде, – Грин бросил взгляд на стеклянные двери в соседний зал. Именно там стояли шведские столы и разворачивалось основное шоу. К сожалению, там же толпилась и основная масса серпиенсов. – Теана, вам заказать устрицы?
– Для начала мидии, креветки и кальмары, – сказала Теана, тоже внимательно изучая обстановку. – Сырые.
За дверями в следующий «шведский» зал, справа от парочки, также мелькали чужаки. Выходило, что проникнуть в кухни можно лишь отсюда, из VIP-зала, но сделать это незаметно представлялось нереальным. В этом зале посетителей тоже хватало, да вот беда, все сидели за столиками. Создать из них столпотворение получилось бы только в двух случаях: если спровоцировать всех этих особо важных клиентов на панику или если раскачать на массовые танцы. Придумать повод для первого варианта у Фила не получалось, а до второго народ пока не разогрелся. Да и вряд ли здесь такие варианты практиковались. Не Россия все-таки.
– А вам, господин?
– Мне… что-нибудь фирменное от нового шеф-повара, – Грин окинул взглядом заранее расставленные на столе миниатюрные плошки с какими-то соусами. – Это для чего?
– Этот соус прекрасно подойдет к рыбе, а этот к ассорти, – официант мгновенно уловил нехитрый замысел Грина.
– Вот этот? – Филипп указал на плошку с розовым соусом.
– Нет, господин, следующий, желтый…
– Этот? – Грин взял плошку и вдруг неловко ее выронил, вылив соус прямо себе на рубашку. – А, черт!
– Я помогу, господин! – официант мгновенно достал салфетку и вытер основную массу соуса. – Позвольте проводить вас в ванную, там есть прекрасное средство для выведения пятен. Через пять минут не останется и следа.
– Да, жалко новую рубашку, – Грин поднял виноватый взгляд на Теану. – Вы позволите? Пять минут, и я на месте.
– Идите, – равнодушно глядя на Фила, ответила Теана. – Только не пытайтесь сбежать.
Эту фразу она произнесла чуть громче. Чтобы услышали серпиенсы, занявшие столик в двадцати шагах от Грина и Теаны.
– Думаете, я выпрыгну в окно с семьдесят пятого этажа? – Грин усмехнулся. – Или просочусь в канализацию? Засеките время, если волнуетесь. Или хотите пойти со мной?
– Увольте, – Теана брезгливо поморщилась. – Ваши туалеты… это ужасно.
– Прошу сюда, господин, – пригласил официант. – Там есть фен, мы сразу же высушим…
Грин двинулся за официантом, одновременно краем глаза наблюдая за серпиенсами. Агенты о чем-то посовещались, и один из них тоже поднялся из-за столика.
«Вполне предсказуемо, – ответил Грин. – Пусть идет. В туалет он входить не станет. Серпиенсам эти помещения противны не меньше вашего».
«Нет, я не настолько сумасшедший. Буду импровизировать».
В туалете не оказалось ни лифтов, ни окон. Кабинки, умывальники, зеркала. Только и всего. Но сопровождавший Грина официант держался по-прежнему бодро и вел Филиппа уверенно. Прямиком к последней кабинке.
В кабинке официант склонился над унитазом, сунул руку за него, щелкнул там каким-то тумблером, и правая стена тотчас бесшумно отъехала в сторону. За сдвижной перегородкой обнаружилось тесное помещение, по площади не больше вожделенного лифта.
– Надеюсь, я все понял правильно, – пробормотал Грин. – Сорок первый? Фоти уан?
Грин похлопал помощника по плечу и вошел в подсобку. Фальшивая стенка позади тотчас встала на место, и через секунду автоматически открылась новая дверца, слева от Фила. За ней действительно оказалась лестница. Плохо освещенная, с длинными крутыми маршами и крошечными площадками. Явно построенная в расчете на малогабаритных тайцев.
«Еще один плюс, – подбодрил себя Грин. – Серпиенсы, если бросятся догонять, здесь просто застрянут».
Филипп зачем-то шумно выдохнул, как перед прыжком в холодную воду, и помчался вниз по лестнице…
