— Ты рада, что мы едем домой? — спрашивает он, на секунду опустив аппарат.
— Трудно сказать, — отвечает Мэгги. — Здесь так хорошо.
— Ты могла бы остаться. Правда, у нас планы на следующие выходные. Но их можно и отменить.
— Нет, не надо, — с улыбкой возражает Мэгги. — Детям скоро в школу, а у меня в четверг важное мероприятие в музее. Просто я сегодня не очень хорошо спала и чувствую себя немного усталой.
Посмотрев вперед за спину жены, Дэвид хмурится.
Обернувшись, Мэгги видит на верхней площадке трапа Бена и Сару Киплинг. Им обоим около пятидесяти, и по возрасту они скорее годятся в друзья Дэвиду, чем ей. Тем не менее при виде Мэгги Сара издает пронзительный возглас:
— Моя дорогая! — Она, широко раскинув руки, обнимает Мэгги. Позади них неловко топчется стюардесса с подносом, на котором стоят бокалы с напитками.
— Какое у вас чудесное платье, — говорит Сара.
Бен, обойдя жену, начинает изо всех сил трясти руку Дэвида. Голубоглазый Бен Киплинг одет в приталенную синюю рубашку и белые шорты с ремнем. Он — партнер в одной из фирм, входящих в первую четверку на Уолл-стрит, — настоящая акула бизнеса.
— Вы видели эту чертову игру? — спрашивает он. — Как он мог не поймать тот мяч?
— Лучше на начинай, а то заведусь, — отвечает Дэвид.
— Да такой мяч даже я поймал бы, хотя у меня руки мягче французского батона, — продолжает негодовать Бен.
Стоя лицом к лицу, мужчины еще какое-то время перебрасываются шутливыми репликами — два быка, склонившие головы и примеряющиеся к атаке просто из любви к схваткам.
— Должно быть, игрока ослепили прожекторы, — предполагает Дэвид. Его телефон пищит, сообщая о получении эсэмэски. Взглянув на экран, Дэвид хмурит брови и начинает набирать ответ. Бен бросает взгляд через плечо и, убедившись, что женщины беззаботно болтают, наклоняется к Дэвиду.
— Нам надо поговорить, приятель.
Дэвид нетерпеливо пожимает плечами, продолжая писать эсэмэску:
— Не сейчас.
— Я вам звонил, — сообщает Киплинг и хочет добавить что-то, но умолкает при виде Эммы, которая наконец протиснулась в салон с подносом в руках.
— «Гленливет» со льдом, если не ошибаюсь, — говорит она, вручая Бену стакан.
— Вот умница, — хвалит стюардессу Бен и залпом выпивает полпорции шотландского виски.
— Мне просто воду, — просит Дэвид, видя, как Эмма берет с подноса стакан с водкой.
— Да, конечно, — улыбается стюардесса. — Я сейчас вернусь.
Сара Киплинг наконец исчерпала темы для светской болтовни.
— Надеюсь, у вас все в порядке, дорогая, — участливо произносит она, касаясь руки Мэгги. Похоже, Сара успела забыть, что в начале разговора уже интересовалась этим вопросом.
— Да, у меня все хорошо, — снова повторяет Мэгги. — Просто перед отъездом было много суеты. Хочется поскорее оказаться дома.
— Понимаю. Нет, я очень люблю отдыхать на пляже. Но здесь так скучно. Конечно, закат — это прекрасно, но сколько дней подряд можно любоваться этим зрелищем? Рано или поздно неизбежно возникает желание заглянуть в «Барниз».
Мэгги бросает озабоченный взгляд в сторону открытой двери салона самолета. Заметив это, Сара интересуется:
— Вы кого-то ждете, дорогая?
— Нет. То есть я хочу сказать, что будет еще один пассажир, но…
Ее выручает дочь. Перебив Мэгги, она тем самым избавляет ее от необходимости закончить фразу:
— Мам! Не забудь, завтра Тамара отмечает день рождения. Нам еще нужно купить ей подарок.
— Хорошо, — рассеянно отзывается Мэгги. — Давай утром сходим в «Стрекозу».
Мэгги видит, что ее муж и Бен о чем-то разговаривают, причем вид у Дэвида довольно мрачный. Она решает, что позже попытается выяснить, о чем шла речь, но понимает: скорее всего, ей это не удастся. В последнее время Дэвид был очень погружен в себя, и ей не хотелось бы вызвать у него вспышку раздражения и тем самым спровоцировать ссору.
Мимо Мэгги проходит стюардесса и вручает Дэвиду стакан с водой.
— Может, добавить ломтик лайма? — спрашивает она.
Дэвид отрицательно качает головой. Бен озабоченно потирает ладонью небольшую плешь на макушке и бросает взгляд в сторону кабины пилотов.
— Мы ждем кого-то еще? — интересуется он. — По-моему, нам пора трогаться.
— Будет еще один пассажир, — говорит Эмма и заглядывает в список. — Скотт Бэрроуз.
— Кто это? — осведомляется Бен, вопросительно глядя на Дэвида.
Тот пожимает плечами:
— Какой-то приятель Мэгги.
— Он не приятель, — возражает жена. — То есть я хочу сказать, дети его знают. Мы случайно встретились с ним вчера на рынке. Он сказал, что ему нужно в Нью-Йорк, и я пригласила его присоединиться к нам. Кажется, он художник. — Мэгги смотрит на мужа. — Помнишь, я показывала тебе несколько его картин?
Дэвид бросает взгляд на часы.
— Ты сообщила ему, что вылет назначен на десять вечера?
Мэгги кивает.
— Что ж, — говорит ее муж, опускаясь в кресло. — Еще пять минут, и ему придется ехать на пароме.
Через круглый иллюминатор Мэгги видит командира экипажа: стоя на взлетно-посадочной полосе, он разглядывает крыло. Внимательно осмотрев гладкую алюминиевую обшивку, пилот медленно отходит в сторону и направляется к трапу.
