Позади Мэгги Джей-Джей, поворочавшись немного, меняет позу. Он продолжает спать. Рот мальчика слегка приоткрыт. Мэгги поправляет сползший плед и целует сына в лоб.
Она видит, как командир экипажа входит в салон самолета и здоровается с пассажирами. Это высокий мужчина крепкого сложения, с военной выправкой.
— Леди и джентльмены, добро пожаловать на борт, — приветствует он. — Надеюсь, полет покажется вам коротким. По пути нас ждет небольшой ветер, но в целом погода хорошая.
— Я видела, как вы осматривали крыло, — говорит Мэгги.
— Обычная визуальная инспекция. Я провожу ее перед каждым полетом. Самолет выглядит прекрасно.
— А как насчет тумана? — интересуется Мэгги.
Рэйчел, услышав вопрос матери, закатывает глаза.
— Туман для такой современной машины, как эта, не является проблемой, — поясняет пилот. — Поднявшись на высоту в несколько сотен футов, мы окажемся над ним.
— Я хочу немного вон того сыра, — вмешивается Бен. — Может, включим музыку? Или телевизор? По-моему, сейчас Бостон как раз должен играть с кем-то.
Эмма начинает листать каналы, а остальные пассажиры устраиваются в креслах и убирают под сиденья ручную кладь. В кабине пилоты приступают к выполнению предполетного регламента.
Телефон Дэвида снова издает писк. Он смотрит на экран и опять хмурится.
— Ну, ладно. Мы ждали этого художника сколько могли, но всему есть предел! — раздраженно бросает он и кивает Эмме.
Та пересекает салон и, подойдя к двери, тянет ее на себя. В ту же секунду пилот запускает двигатели. Дверь уже почти закрылась, как вдруг сквозь оставшуюся щель в салон доносится крик:
— Подождите!
Корпус самолета слегка покачивается от шагов запоздавшего пассажира, поднимающегося по трапу. Мэгги чувствует, как, несмотря на все усилия сохранить безразличный вид, кровь бросилась ей в лицо. Скотт Бэрроуз протискивается в салон. На вид ему лет сорок пять. Он покраснел и запыхался. Его длинные седеющие волосы растрепались. Обут он в поношенные бело-голубые кроссовки. На одном плече у него висит зеленая дорожная сумка. Во всем его облике есть что-то мальчишеское, но в уголках глаз уже прорезались глубокие морщинки.
— Извините, — оправдывается он. — Я вызвал такси, но так его и не дождался. Пришлось добираться на автобусе.
— Ну что ж, теперь вы на борту, и это главное, — говорит Дэвид и кивком дает знак второму пилоту. Тот плотно задраивает дверь.
— Могу я забрать вашу сумку, сэр? — интересуется Эмма.
— Что? — переспрашивает несколько испуганно Скотт, не заметивший ее приближения. — Нет, спасибо.
Стюардесса указывает ему на свободное кресло. Направляясь туда, чтобы сесть, Скотт Бэрроуз обращает внимание на интерьер салона.
— Ничего себе, — ошеломленно произносит он.
— Бен Киплинг, — представляется Бен, вставая с кресла, чтобы пожать Скотту руку.
— Ясно. А я Скотт Бэрроуз, — в свою очередь говорит художник и в этот момент видит Мэгги. — А, это вы? Спасибо вам еще раз.
На его лице появляется широкая, теплая улыбка. Мэгги улыбается в ответ и краснеет:
— Не за что.
Скотт опускается в кресло рядом с Сарой. Прежде чем он успевает пристегнуть ремень, Эмма предлагает ему бокал вина.
— Надо же, — удивляется Бэрроуз. — Нет, спасибо. Лучше, если можно, стаканчик воды.
Эмма понимающе улыбается и отходит. Скотт бросает взгляд на Сару.
— К такому, наверное, быстро привыкаешь, а? — интересуется он.
— Что правда, то правда, — вставляет Бен Киплинг.
Шум двигателей усиливается. Мэгги чувствует, как самолет трогается с места. Из колонок акустической системы раздается голос командира экипажа Джеймса Мелоди:
— Леди и джентльмены, пожалуйста, приготовьтесь ко взлету.
Мэгги смотрит на детей. Рэйчел сидит, подогнув под себя одну ногу, и листает плей-лист на своем телефоне. Малыш Джей-Джей с безмятежным выражением лица продолжает спать.
Мэгги чувствует прилив материнской любви, от которого ей на мгновение становится трудно дышать. Эти дети — ее жизнь, неотъемлемая часть ее самой. Она еще раз поправляет плед, которым укрыт сын, и в этот самый момент чувствует слабость в ногах — самолет отрывается от земли. Начинается набор высоты. Пассажиры смеются и болтают, одни слушают хиты пятидесятых годов, другие смотрят репортаж с бейсбольного матча. Никому и в голову не приходит, что через шестнадцать минут самолет рухнет в море.
Когда ему было шесть лет, Скотт Бэрроуз вместе с семьей побывал в Сан-Франциско. Он, его родители и сестра Джун, которая позже утонула в озере Мичиган, провели в мотеле неподалеку от пляжа три дня. Было холодно, город был окутан туманом. Широкие улицы сползали вниз, к берегу, словно огромные змеи. Скотту почему-то запомнилось, как отец заказал в ресторане клешни краба. Когда блюдо принесли, они оказались таких чудовищных размеров, что мальчик испугался — ему на секунду показалось, что не он и его родные будут есть краба, а наоборот.
