– Не жениться на бывших путанах! Ведь жена изменяла ему! Он взрослый человек, должен понимать, что из бывшей проститутки не может получиться хорошей жены? Конечно, бывают исключения из правил. Но если Эрика занималась этим ремеслом не из жажды денег, а, так сказать, по призванию, то она и после свадьбы не угомонилась? И наставила ему о-ого-го какие ветвистые рога!
– А я думаю, все было не так. Владимир Иванович впервые пошел к мадам Кошкиной только в тот раз, когда познакомился с Лидой. Потом стал постоянным клиентом мадам Кошкиной. И, подружившись с ней, забавы ради просмотрел старые альбомы с прежде работавшими у мадам девочками.
– И что?
– И увидел там фотографию своей жены!
– Узнал ее! И, наверное, обалдел!
– А потом у мужика снесло начисто крышу.
– И он пошел и убил свою жену!
И все трое торжествующе переглянулись. И торжествовали ровно до тех пор, пока Кира не произнесла:
– А Николай? Николая-то он зачем в этом случае убил? Раньше-то мы думали, что Эрика изменяла мужу с Николаем, тот узнал об этом и убил обоих из ревности. Но если Владимир убил жену за ее давние грехи, то при чем тут Николай?
– А одно никак не отменяет другого. Эрика была в прошлом путаной. А в настоящем изменяла мужу с его собственным братом.
– И что?
– А то, что ее озверевший муж убил за прошлое. А Николая – за настоящее.
– Значит, убийца – это все-таки Владимир?
– Похоже на то.
– Но мы даже не уверены, что он был знаком с мадам Кошкиной.
– Это нетрудно узнать.
– Как же?
– Поговорить с самой мадам Кошкиной.
Лисица говорил дело. Подруги это оценили. И потребовали:
– Давай адрес.
– Чей?
– Мадам Кошкиной.
– А у меня его нет, – развел руками Лисица.
– Как же так?
– Ну так, нет у меня ее адреса.
– Она что, нигде не зарегистрирована?
– Регистрация-то у нее есть. Но она в той квартире не проживает. Я уже звонил туда. Какая-то хамка просто бросила трубку, едва услышав мой вопрос насчет Кошкиной.
– Все равно дай нам адрес. Мы съездим и все узнаем.
Говоря это, Кира с тревогой прислушивалась к раскатам храпа за стеной. Ей показалось или храп тетки Калерии в самом деле стал глуше? Если она проснется и застанет подруг дома, то, чего доброго, захочет накормить их здоровым завтраком. И страшно себе даже представить, какой катастрофой это может закончиться.
Подруги, очень быстро собравшись и наспех выпив по чашке кофе, поехали по указанному адресу.
– Как поживает твой Андрей? – спросила по дороге Леся.
– Отлично. Правда, у него очень много работы.
– То-то я и вижу, что он к нам носа не кажет.
– Он что-то говорил, что его мама приболела и требует, чтобы он каждый вечер проводил с ней.
– Снова она вмешивается в ваши отношения!
– Но вчера вечером он звонил мне. И сказал, что завтра ему дают ключи от его новой квартиры.
– Ух ты! Наконец-то! Поздравляю!
– И есть с чем, – улыбнулась Кира. – Возможно, завтра я уже перееду в новое жилище.
У Леси в душе все сначала вспорхнуло, а потом внезапно упало. Нет, конечно, она была рада за подругу, которой улыбнулось счастье. Но вот только если бы Кира переезжала к кому-нибудь другому, а не к этому противному зануде Андрею, это было бы, конечно, лучше!
– А его мама?
– А что мама? Она поправится… рано или поздно.
– А она что, смирилась с выбором Андрея?
– Похоже, что да. Во всяком случае, Андрей сказал, что мама хочет получше со мной познакомиться. И на эти выходные приглашает нас с ним в гости.
– Замечательно!
Леся замолчала. Она не хотела портить настроение Кире, но на душе у нее скребли кошки. И даже не просто кошки, а целые ягуары и леопарды с огромными железными когтями.
Дом, где была прописана мадам Кошкина, производил хорошее впечатление. Лепной фасад с красивыми барельефами. Балкончики с ажурными решетками, тщательно прокрашенными и отреставрированными.
– Красивый дом.
– Центр. Садовая улица. Невский в двух шагах. Гостиный двор в пяти. Гуляй, не хочу!
Подъезд, куда шмыгнули подруги следом за каким-то степенным дядечкой, тоже приятно радовал. Высоченные потолки, уходящие куда-то в немыслимую высь, цветная мозаика на стенах и на полу, свежая роспись на потолке. Чувствовалось, что тут поработали профессионалы. Квартиры тут наверняка стоили огромных денег.
Но вот консьержа в доме не наблюдалось. Видимо, его заменяли камеры наблюдения и спрятавшийся где-то в недрах дома охранник. Подруги не вызвали в нем подозрений, поэтому они без всяких помех прошли к лифту и поднялись на третий этаж.
Никакими коммуналками тут и не пахло. Дом был расселен много лет назад, отремонтирован и теперь представлял собой памятник архитектуры.
– Нам нужна семнадцатая квартира.
– Ага. Вот и она!
