– Какие разборки? Забыла разве, что ты мне обещала? Мол, когда выйду на чемпионский бой, то все у нас будет.
– Все! – сказал Алексей и начал выталкивать его из комнаты.
Почувствовал, как напряглись мышцы Шепелева, и сразу нырнул под удар. Кулак Шепелева влетел в дверной косяк, что-то хрустнуло. Метелин обхватил его двумя руками и вытащил в коридор.
– А-а-а, – простонал Юрий, – из-за тебя, гада… Сволочь ты!
– Поднимайся, Вика, – громким шепотом позвал Алексей, – наш претендент, кажется, руку сломал.
Известие о том, что претендент на звание абсолютного чемпиона мира по боксу на тренировке сломал четыре пястные кости, у Федерации бокса особого разочарования не вызвало. Правда, сначала были крики, но Даниил Матвеевич намекнул, что можно решить вопрос с Доном Кингом о замене претендента. Поскольку номером вторым на обязательный бой с чемпионом стал теперь Алексей Метелин, то можно договариваться о встрече.
Дон Кинг в мире бокса решает, конечно, все, но он отказался сначала даже обсуждать эту тему. Но, подумав, что бой с Русским Йети вызовет небывалый ажиотаж, начал прощупывать почву. Конечно, он сначала решил перенести место встречи, но тут мог встать вопрос о неустойке. А потом, куда переносить? В «Мэдисон-сквер-гарден», который вмещает двадцать тысяч, или в Петербург, на крытый футбольный стадион, в который поместятся уже восемьдесят тысяч зрителей, если установить ряды и на футбольном поле. И все эти восемьдесят тысяч билетов разойдутся в течение одного дня.
Он думал недолго, потому что время – это деньги, и предложил новый контракт на бой. Теперь победитель получал восемьдесят процентов от призового фонда, а проигравший – двадцать. И бой должен пройти в Петербурге. Но все это мало интересовало Алексея: он понимал, что в ближайшее время может произойти то, о чем он и мечтать не мог. А если и мечтал, то очень давно, когда был совсем еще юным, а соответственно, глупым и самонадеянным, еще до того, как начались годы упорных тренировок и еженедельных боев – поединков не за деньги или славу, а за выживание. Когда-то он возвращался домой вымотанный, и не было сил садиться за уроки, их надо было делать, а в голову не лезли ни пифагоровы штаны, ни законы Ома. Перед глазами вставала одна и та же картинка – он выходит на ринг и приветствует своих болельщиков, которым только что показали чемпионский пояс. Бой будет именно за него… Но мечта сидела в его голове долго, потому-то, наверное, Алексей в двадцать три года согласился на уговоры проходимца Метлицкого и ушел в профессионалы – без необходимого опыта и должной подготовки.
Метелин не смотрел телевизор, радио не включал, не залезал в интернет и не заглядывал в газеты: его не интересовало, что пишет о предстоящем бое пресса. Беседовал об этом только с тренером.
– У тебя хороший удар, ты передвигаешься по рингу – любо-дорого смотреть, – говорил Гусев. – Но ты не проводил долгих боев. На тренировках тебя хватает, но бой совсем другое: тебя вымотают и скорость работы на ринге, и пропущенные удары, и собственные промахи, когда ты вкладываешься в удар, а потом не попадаешь. Но даже если ты не будешь двигаться, и соперник тоже, если даже вы оба будете стоять, то устанете от напряжения, которое кипит в каждом из вас. Вопрос не в том, кто физически крепче, важно, кто сильнее духом. Оласьело – поразительный боксер: если честно, то я им восхищаюсь. Техника, выносливость… он и удары держит поразительно стойко – словно не замечая их вовсе. А тебе надо не только выстоять, но и победить нокаутом. Потому что при равном бое победу все равно отдадут ему, даже если ты будешь вести по очкам, все равно Оласьело победит, потому что все определяет Дон Кинг: он назначает судей, а те работают так, чтобы в следующий раз назначили опять же их. Кто-то считает, что он их покупает, кто-то думает, что судьи его боятся – не в этом дело: ты должен работать так, чтобы ни у кого не возникло сомнений, и, конечно, желателен нокаут. В твою победу команда соперника не верит, потому-то они изменили контракт, думая, что получат больше. Они знают, что их человек не проиграет, потому что рано или поздно Оласьело попадет, а удар у него… Ну ты видел. А знаешь, как с испанского переводится его прозвище?
– «Привет, небеса».
– Ну да. Всегда были боксеры с очень мощным ударом, и они придумывали себе нечто подобное: «Молот», «Кувалда», «Туши свет», а этот, стало быть, так назвался…
– Зато я бегаю лучше, чем он, – пошутил Алексей.
– И это очень хорошо, – согласился Альберт Иванович, – ноги в боксе едва ли не самое главное. Тот, кто стоит на месте, рано или поздно свалится. А тот, кто постоянно перемещается, выматывает соперника, и потом за счет отталкивания ногами его удар получает дополнительную силу. Это я тебе еще в детстве говорил. Ты запомнил, и молодец. Сам-то что думаешь по поводу плана на бой?..
Но не только предстоящий поединок волновал Алексея. Были и другие дела. Вернее, одно дело.
