– Точно мальчик. Хотя Коленька сказал, что лучше бы там был щенок, потому что мальчик у нас уже есть.
Ребенок спал на заднем сиденье, но, когда Метелин взял его на руки, открыл глаза и вздохнул:
– А, это ты. Скажи тогда, но только честно: следующая неделя скоро наступит?
После первого раунда Оласьело даже не присел на подставленный стул: он был свеж и рвался в бой. Метелин тоже не устал, а вот Альберт Иванович был недоволен.
– Леша, – шептал он, – ты что творишь? Ты что, забыл, о чем мы говорили? Он же гоняет тебя, как не знаю кого…
– Как вшивого по бане, – напомнил Алексей, – раньше вы так выражались.
– Так я и сейчас могу так выразиться. Ты только отступаешь, даешь ему бить. Удары хоть и легкие, но судьи их считают. Встречай и уходи, а на отходе бей встречным прямым.
Метелин поднялся и посмотрел на первые ряды. Хотя можно было и не смотреть: Оля осталась дома вместе с женой Хлынова и детьми. Он шагнул в центр ринга и посмотрел на приближающегося Оласьело. Тот поднял правую руку, прикрывая перчаткой подбородок. Оба ударили в перчатку друг друга, демонстрируя, что это честный поединок и они просто проверяют готовность друг друга к возобновлению боя. Алексей шагнул влево, и вовремя, потому что соперник ударил правой, без того, чтобы предварительно нащупать цель левым джебом. Удар прошел мимо, и тут же Метелин нырнул под его левый боковой.
– Уходи с ударом! – прилетел голос Гусева.
Весь план на первые раунды летел к чертям, потому что Оласьело начал без разведки, сразу рванул вперед и начал бить. Хотя удары его были хлесткие и смотрелись для зрителей и судей, но не более того. И прошли всего два-три. Только в ответ Метелин не нанес ни одного – попадания джебом не в счет, хотя Алексей отметил для себя, что соперник на близкой дистанции может и пропустить, очевидно понимая, что Русский Йети не вкладывает в эти удары особую силу. Цель Оласьело была понятна Алексею: противник прижимал его к канатам, чтобы работать уже в полную силу…
Метелин уже в который раз срезал угол и проскочил в центр ринга, и, когда кубинец приблизился к нему, выбросил джеб резко, добавив движением плеча. Голова Оласьело дернулась… Зал взревел. И сквозь этот рев едва пробился вопль тренера:
– Добавляй, Леша.
Но он отступил, и вовремя… До конца раунда прошел еще один точно такой же удар, но кубинец теперь приближался, прикрываясь правой рукой и качая корпусом…
Во втором перерыве Оласьело все же опустился на стул. Волнения на его лице не было никакого, да и тренеры его были спокойны. Зато Гусев негодовал.
– Почему не работаешь? – шептал он, боясь, что телевизионные камеры, которые приблизились вплотную, передадут его советы команде соперника. – Он несколько раз подставлялся.
– Он меня ловит на этом, – объяснил Алексей, – опускал руку, открывал голову, думал, что я куплюсь, а он ударит снизу. Они меня хорошо изучили…
– Ну и что теперь? Весь бой будешь от него бегать? Ты погоди и увидишь, как весь зал свистеть начнет…
И третий раунд прошел в том же ключе, что и первых два: Оласьело атаковал, Метелин защищался и бил редко.
– Ты как себя чувствуешь? – спросил Гусев.
– Как и не выходил на ринг. Для меня это как утренняя пробежка. Ему, чтобы рубку навязать, надо меня догнать для начала.
В начале четвертого раунда рефери остановил схватку и сделал претенденту замечание за уход от схватки. И сразу после возобновления поединка Оласьело рванул вперед с прямыми ударами. Ему удалось прижать Алексея к канатам, но Метелин повис на нем. Голова гудела, потому что один удар кубинца все же прошел, и чемпион тоже это знал, он попытался стряхнуть с себя Метелина, чтобы сразу сильно ударить и этим закончить поединок. Их развели. Оласьело начал сближаться и пропустил удар Алексея, сразу пропустил еще, пошатнулся. Метелин бросился добивать… В голове пронеслось: «Стой!» – тут же в глазах потемнело от удара, зал качнулся… Руки сами поймали канаты, удержав Метелина на ринге. Зал орал… Рефери отсчитывал… Такого сильного удара Алексей не получал никогда в жизни – даже от Шорти. Когда он только начинал на профессиональном ринге, тоже падал, да, он бывал на настиле, но тогда он хуже держал удар, а сейчас…
– Я готов, – сказал Метелин и тряхнул головой, понимая, что говорит по-русски.
Но рефери его понял. Бой продолжился, и опять Алексей отскакивал, уходил от схватки… Голова гудела и ноги были слабыми.
– Десять секунд, – крикнул Гусев.
Кубинцу тоже крикнули, и он понял, что надо добивать именно сейчас, потому что в перерыве Русский Леший придет в себя. Десять секунд осталось, и ему надо успеть… Тем более, что соперник едва держался на ногах. Он пошел без подготовки, рассчитывая закончить одним подготовленным ударом, самым мощным, на какой был способен. И промахнулся: нарвался на короткий прямой в подбородок, после которого осел.
