Время от времени замечаю на себе его взгляд, но он едва ли похож на тот, в который я была влюблена. Раз в пару недель открываю наш диалог в «ВКонтакте», читаю старые переписки и набираю сообщение, которое никогда не отправляю. Боюсь. Раньше казалось, что он всегда поймет меня, а теперь… Что я его даже не знаю. Или он не знает меня. А может быть, мы оба переросли нашу дружбу и уже не знаем друг друга.
Декабрь не радует ни снегом, ни солнцем. Удручающая, мерзкая погода вызывает сонливость и упадок сил, но мысли о приближающихся каникулах не дают опустить нос.
– Богдана, где ты витаешь? – Маруся машет рукой у меня перед лицом. – Твой чай уже почти остыл.
Опускаю взгляд на кружку и обхватываю ладонями едва теплые керамические бока. Мы с Марусей сблизились за последние пару месяцев. У нас появились общие шутки и традиции. Вот как сейчас, например. После школы мы приходим к ней домой, чтобы выпить чаю с вкусняшками, которые, кажется, никогда не кончаются, и поболтать о всякой ерунде.
– Я здесь, – отвечаю и прихлебываю несладкий зеленый чай.
– Так ты уже выбрала, в чем пойдешь на елку?
– А туда обязательно идти?
– Конечно! В этом году мы будем тусить вместе с одиннадцатыми классами. Это ведь… круто! Возможно, мой парень тоже придет и увидит наконец меня на сцене.
– Еще целый месяц. Не рано ли ты начала переживать?
– Не знаю… Это хоть какое-то веселье. Школа уже надоела. Скорее бы елка и каникулы. Мы с родителями летим в Египет на Новый год, привезу тебе фиников.
– Лучше привези мне солнышка.
– Боюсь, меня не пустят с ним в самолет.
– А жаль… – произношу, глядя в серое небо за окном.
Вхожу домой и замираю на пороге, не успев захлопнуть за собой дверь. В глаза бросается лишняя пара обуви. Черные кроссовки без единого пятнышка грязи, а ведь на улице сейчас асфальта не видно из-за этого хрюшкиного месива. Знаю только одного человека с такой суперспособностью.
– Милая, ты уже вернулась? – Мама выходит из кухни, широко улыбаясь. – А у нас гости.
– Я заметила.
– Ты голодна?
– Нет. – Паника играет на голосовых связках, как на гитарных струнах. – Пойду к себе.
– Не заглянешь поздороваться с папой? – осторожно спрашивает мама.
Я не рассказывала родителям всего, но несколько недель назад озвучила, что больше не общаюсь с Оксаной и Богданом, и по-взрослому попросила не поднимать больше эту тему. И кто бы мог подумать, что все придет к такому исходу?
– Конечно.
Снимаю куртку, стягиваю ботинки и ставлю их как можно дальше от обуви нежданного гостя, возле которой крутится неугомонный Редиска.
– Можешь сделать каку, – шепчу домашнему любимцу.
Шагаю к гостиной, сдерживая порыв свернуть в свою комнату и не высовываться, пока в квартире не станет безопасно. Всего один шаг и пара слов.
– Привет, пап, – звонко произношу я, выглядывая из дверного проема.
– Привет, Лисенок. А я не один. Встретил Богдана на улице и взял его в плен. Кто-то же должен смотреть со мной футбол.
Кот расслабленно сидит на диване и медленно поворачивает голову в мою сторону. И снова он. Пронзающий стальной взгляд.
– Не поздороваешься с другом? – хмуро подмечает отец.
– Мы виделись в школе, – отвечает Богдан.
Ложь. Его не было в школе сегодня. Прогуливал. Как всегда…
– Да, – киваю машинально.
Крик безумной толпы из динамиков телевизора отвлекает папу. Он принимается громко ругаться, заменяя плохие слова на строительные термины, а мы с Котом все еще смотрим друг на друга. Отвожу взгляд первая и скрываюсь в коридоре. Залетаю в свою комнату, не в силах унять бешеный стук сердца.
Мама заглядывает ко мне несколько раз, но я старательно изображаю бурную учебную деятельность, хоть буквы в книгах скачут, как кузнечики, мешая уловить суть. Когда уже закончится этот дурацкий футбол? Никогда его не любила, но теперь… Просто не выношу.
– Лисенок, Богдан уходит! Не хочешь попрощаться?! – кричит папа.
– Я занята! Пока, Богдан!
Прислушиваюсь к звукам за дверью, сжимая в руках учебник по истории. В горле вырастает ком, глаза щиплют непрошеные слезы. Я ведь хочу поговорить с ним, и это такой шанс. Два месяца молчания, но я же сама его оттолкнула…
Порываюсь вскочить на ноги, и в этот момент дверь в комнату открывается. Замираю, дыхание исчезает на пару мгновений.
– Решил сам зайти попрощаться. Надеюсь, ты не против? Всего минута твоего драгоценного времени.
Его слова и тон царапают кожу, а отчуждение на лице и вовсе лишает морального равновесия. Поджимаю губы, не зная, что сказать.
– Вижу, что тебе неприятно, но я не смог отказать дяде Леше. Больше этого не повторится, не волнуйся. Такое дерьмо, как я, не будет пачкать твою распрекрасную жизнь и личное пространство.
– Что?..
