Подойдя вплотную к девушке, буквально на ухо ей гаркнул:
– Арепьева, к доске.
Расчёт оказался верным, вбитые за одиннадцать лет рефлексы взяли верх. Наталья вскочила с кровати, на автоматизме одёрнула юбку, сделала пару шагов, но на большее её не хватило. Она снова развернулась в сторону кровати. Пришлось вмешаться. Схватив за руку, я отконвоировал её к ванной, где засунул под холодную воду. Девушка стала вырываться, но я крепко держал её за шею. Затем ругань перешла в плачь, прерываемый периодами активности, во время которых она пыталась вырваться из моей хватки. Так как я располагался у неё за спиной, я сильно возбудился от всей этой возни. Посчитав, что с неё хватит, отпустил её, кинув ей в руки большое махровое полотенце. Девушка залилась слезами с новой силой. На автомате я дёрнулся её жалеть, но успел вовремя одёрнуть себя.
–
Не пойму почему, но женские слёзы меня бесят, особенно, когда я не понимаю их причины.
Я отошёл от плачущей девушки, надеясь, что через пару минут её запас слёз подойдёт к концу, но через пять минут я понял, что жестоко ошибался – время шло, а слёзы всё текли и текли. Поэтому я предпринял попытку унять их, прибегнув к классическому методу
– Наташа, хватит плакать, – как можно мягче произнёс я.
– Буду, – сказала она, – заливаясь новой порцией слёз.
– Так, девушка, покиньте помещение и можете плакать за его пределами сколько душе угодно.
– Не думаю, – начала она
– Так подумай, о чём угодно. Сразу перестанешь плакать, – тут Наташа не выдержала и рассмеялась сквозь слёзы.
– Разве, когда думаешь, не плачешь? – уточнила она.
– Конечно, нет, – отвечаю я, – ведь невозможно хорошо делать две вещи сразу!
– Надо запомнить, – сказала она, в мгновение ока перестав плакать. Оторвала руки от лица, и я смог его рассмотреть. Мягкое, склонное к полноте округлое лицо, плотно посаженное на короткую шею. Большие, широко разнесённые глаза со вздёрнутыми вверх краями. Всё это на фоне ярко рыжих вьющихся волос напоминающих львиную гриву.
– А где Максим? – произнесла девушка, голос у неё оказался грудным и приятным.
– Какой Максим? – на этот раз удивился Я.
– Хозяин квартиры.
– Не хочу тебя огорчать, но эта квартира сдаётся посуточно. Так что Максим может быть где угодно.
– Вот сука, – выругалась Наташа. Затем задумчиво перевела взгляд на меня, – А ты здесь надолго?
– До завтра.
– Извини, мне нужно спешить. Поэтому давай суши волосы и приводи себя в порядок. У тебя есть двадцать минут на всё про всё, – говоря эту фразу, я переместился к дивану, где под шумок, пока Наташа сушила волосы феном, запихал все вещи с дивана обратно в сумочку.
– А можно я останусь у тебя до вечера? Ты же не выставишь пьяную девушку за дверь? – обратилась ко мне Наталья, подойдя вплотную и нежно массируя мои плечи. В тот момент, когда она произносила последнее слово, её глаза, а точнее веки дёрнулись в нервном тике, а сам взгляд то и дело падал на уровень моей ширинки. Ритм усыплял не только меня, но и мою подозрительность. В целом девушка меня возбуждала, и развлечься я бы не отказался, но было видно, что Наталья из той категории девушек, от которых потом трудно отделаться, а такое счастье мне однозначно не нужно.