Передышка полностью

– Закрывай. Никого больше не будет. Бун и Стрелок до конца прикрывали наш отход. Не очень хотелось тебя впутывать, но другого выхода нет. С раненой много не навоюешь.

– Следуй за мной, – произнёс я, направляясь в гостевую ванную. Она была ближе всех, да и не люблю я пускать посторонних в свои личные покои. При электрическом свете я смог лучше осмотреть незнакомку. Выше среднего. Стройная, жилистая. Лицо не представляет ничего особенного, увидишь на улице и через мгновение забудешь, идеальное лицо для разведчика или папарацци.

Девушка оказалась ранена в верхнюю часть бедра. Видно, что держится из последних сил, чтобы не орать, вон губа как искусана. Пока Матвей пытался поудобней пристроить девушку на одном из лежаков, я метнулся за лекарством, хваля себя за предусмотрительность. Санитарная сумка с лекарствами на всякий случай, хранился на кухне. Обнаружил упаковку "нимесила", в качестве обезболивающего – самое то. Один развёл в воде, дал выпить гостье, та послушно выпила всю кружку за несколько больших глотков.

– У тебя есть навыки по оказанию первой помощи? – спросил я у своего незваного гостья, копаясь в куче лекарств, высыпанных из пакета на пол ванной.

– В рамках базовой программы обучения. Провести операцию и вытащить пулю из ноги я не смогу.

– Это понятно. Даже если бы мог, инструментов и оборудования для такой операции у меня всё равно нет.

– У меня другой вопрос, есть у тебя знакомый хирург, который возьмётся за такую операцию?

– Раньше нас штопали врачи из клиники, которая сотрудничала с нашей компанией, теперь, туда хода нет.

– Почему?

– Наше местоположение могли слить только люди из компании. Выяснять, инициатива это компании или внутри есть крот, сейчас недосуг.

– Умник, что скажешь? – обратился я за помощью к своему альтер-эго, безжалостно распарывая правую штанину на брюках девушки и обрабатывая рану антисептиком, а затем обезболивающим аэрозолем, который Матвей обнаружил в своей аптечке.

– Пуля осталась в теле, так как выходного отверстия нет. Поэтому возможны три варианта:

– она либо была на излёте;

– она пробила какое-то препятствие (например, бронежилет) и потеряла часть своей энергии, а заодно деформировалась и расплющилась;

– она упёрлась в кость и в ней застряла и тоже наверняка расплющилась. Попутно эту самую кость раскрошив и переломав…

И эта сама по себе поганая ситуация ещё осложняется высокой вероятностью заражения. Пули и стволы никто перед боем не стерилизует.

Я ищу ближайших врачей, которые имеют возможность и согласятся провести такую операцию, а вы пока тоже займитесь делом, в качестве руководства к действию используй правило четырёх О, – уловив моё недоумение расшифровал: – Обезболить, обеззаразить, обмотать и обездвижить.

Через полчаса Умник нашёл "чёрного хирурга", который за хорошую плату брался за анонимные операции, после чего пришлось заморачиваться деньгами и машиной. С деньгами вопросов не возникло благодаря предусмотрительности Умника, который оформил три анонимных банковские карты, каждая на 343 тысячи рублей. Почему такая сумма – не спрашивайте. Умник показывал математические выкладки, но я не вникал. С машиной не стали заморачиваться, найдя машину при помощи программы "Попутчик", известной в народе как – "Антитакси". Белка достаточно успешно имитировала перелом, а Матвей заботливого ухажёра.

Как только машина отъехала, я экипировался как для вечерней пробежки, только на этот раз вместо утяжелителей в рюкзаке лежал мощный фонарик, двадцать метров прочной верёвки, трёхлитровая фляга с водой и сапёрная лопатка. На ремне примостился охотничий нож, на руки – тактические перчатки. Первым делом тщательно обшарил всю территории внутреннего двора, благо благодаря Умнику ночью видел немногим хуже, чем днём. Мои старания были вознаграждены, в одном месте обнаружил свежевскопанный участок земли. Пара секунд и из ямы достаю снайперскую винтовку "Взломщик" (ОСВ-96) и два магазина к ней, каждый полностью укомплектован.

– Вот зачем он пёр 13 килограмм до моего дома, а потом прикопал? Это неспроста. Мне такой клад на участке и даром не нужен, но винтовку жалко, – раздумывал я, копаясь в земле.