И наконец:
Оскар О'Брайен заметил:
— Если это не доведет Арчамболта до сумасшествия и не заставит его ответить, нам ничто уже не поможет.
Правоохранительные органы — городская полиция, ФБР и окружная прокуратура, — узнав об идее «ГСП энд Л», отреагировали на нее благосклонно. Прокуратура предложила помощь в проверке тысяч вопросников, когда те начнут поступать назад.
Шарлетт Андерхил, вице-президент по финансам, отвечающая в том числе и за компьютерный центр, встретила Нима и О'Брайена после того, как они прошли проверку службы безопасности. Миссис Андерхил, одетая в строгий, но нарядный светло-голубой костюм, сказала им:
— Мы сейчас работаем над потребительской анкетой. Все двенадцать тысяч экземпляров должны быть сегодня вечером на почте.
— Одиннадцать тысяч девятьсот девяносто девять этих проклятых экземпляров, — махнул рукой О'Брайен, — нас не интересуют. Нам нужен только один, который, как мы надеемся, вернется назад.
— Это стоило бы нам намного меньше денег, — съехидничала Шарлетт Андерхил, — если бы вы знали, который из них.
— Если бы мы это знали, моя дорогая Шарлетт, нас бы здесь не было.
Трио направилось дальше в эту страну компьютеров, минуя ряды мягко гудящего металла и стеклянные кабины, и остановилось у лазерного принтера Ай-Би-Эм-3800, который выплевывал вопросники в прозрачных конвертах, уже готовые к рассылке.
Наверху единственной страницы было написано:
Дальше шли имя, адрес, затем перфорация через всю страницу. Ниже перфорации была инструкция:
К каждому вопроснику прилагался для обратного ответа конверт, не требующий марки.
— А где невидимые чернила? — спросил Ним. О'Брайен усмехнулся;
— Ты не можешь их увидеть. Они же невидимые.
Шарлетт Андерхил подошла ближе к принтеру и, подняв крышку, показала на бутылку, содержавшую прозрачную, вероятно, маслянистую жидкость. Бутылка была перевернута, и из нее спускалась вниз пластиковая трубка.
— Специальный агрегат, установленный для этой работы. Трубка снабжает жидкостью нумерующее устройство, связанное с компьютером. На нижней половине каждого листа печатается невидимый номер. В это же время компьютер записывает, какой номер какому адресу соответствует.
Миссис Андерхил закрыла крышку, достала один из готовых вопросников и поднесла его к соседнему металлическому столу. Затем включила настольную лампу на маленькой подставке.
— Это «черный свет». — Она положила листок под лампу — проявился номер 3702.
— Чертовски остроумно, — сказал О'Брайен. — Хорошо, теперь у нас есть номер. Что дальше?
— Когда вы дадите мне номер, который требуется идентифицировать, он будет введен в компьютер вместе с секретным кодом, известным только двум людям — одному из наших надежных старших программистов и мне. Компьютер сразу же назовет нам адрес, по которому был послан этот конкретный вопросник.
Ним напомнил;
— Мы рискуем, конечно. Будет ли у нас номер, чтобы дать его вам?
Шарлетт Андерхил сурово посмотрела на мужчин:
— Получите вы его или нет, я хочу, чтобы вы оба поняли две вещи: я не одобряла того, что здесь происходит, потому что мне не нравится, что оборудование моего отдела и записи используются, по сути, для обмана. Я высказывала свой протест президенту, но он, кажется, так симпатизирует вашей идее, что отклонил мой протест.
