Крошечный кусочек моей вины рассеялся. Конечно, он не соизволил прочитать всё. У него была, вероятно, своя голая вечеринка. Как только я подумала об этом, то почувствовала, как загорелось моё лицо. Была моя очередь пить воду.
— В любом случае, о сегодняшнем расписании, — голос у него был нерешительным. — Ты уверена, что дети будут сидеть на месте во время документального фильма? О сохранении воды?
Я выпрямилась, с облегчением чувствуя, что моя вина исчезает. Мы жили в засушливом климате, и более образованные люди думали о сохранении воды.
— Полагаю, у тебя есть лучший вариант? — щелкнула я.
Он удивлённо моргнул, затем покрутил салфетку.
— Итак, э-м, может быть, я подумал, что погода будет сегодня жаркой, и мы можем поплавать, — Слейд улыбнулся. — И Джилли уже одета для этого.
Видения заполнили мою голову: я, стоящая в мелководье бассейна на уроке, предварительно выдувающая пузыри в воде. Также другие картины, которым я не могла позволить себя отвлечь.
— Не думаю, что дети могут хорошо плавать, — я заявила это с таким авторитетом, с каким только могла.
Когда он провёл рукой по волосам, дёргая за шнурок, у меня появилась мимолётная фантазия о том, как запустить в них свои пальцы. Поражённая, я вздрогнула.
— Ты в порядке?
Я надеялась, что парень не заметил моих горящих щёк.
— Я в порядке, но не думаю, что бассейн – хорошая идея, — паника заставила меня произнести это стервозно.
Он бросил на меня взгляд и выглянул в окно, затем снова повернулся и прищурил глаза.
— Я учу Макса плавать, ты же знаешь, и я сертифицированный спасатель. Они будут в порядке.
Сколько секретов человек может сохранить, пока они не начнут фонтанировать наружу как гейзер?
— Я просто… мне просто не хочется.
Между нами воцарилось долгое молчание.
— Хорошо, мы сделаем по-твоему, — он встал, и прошествовал в гостиную, где плюхнулся на диван.
Я чувствовала себя ужасно, но не могла найти в себе силы извиниться за огрызание или объяснить, почему я не хочу идти в бассейн. Я не хотела его жалости. Единственным звуком было приглушенное хихиканье играющих наверху детей.
Телефон Слейда запищал, и я увидела, как он набирает кому-то смс. Алексу? Девушке? Девушкам? Мне было интересно, что парень пишет. Возможно:
Звуки шагов послышались на лестнице, затем дети прошмыгнули на кухню. Ни на одном из них не было и кусочка одежды.
— Джиллиан! Макс! — я указала на холл. — Вы оба. Оденьтесь немедленно, иначе у нас не будет никакого веселья сегодня.
— А чем мы собираемся заниматься кстати? — спросила Джиллиан.
— Я скажу вам после того, как вы оденетесь.
Она и Макс переглянулись. Никто из них не двинулся с места.
Слейд прошествовал рядом, выглядя совершенно не обеспокоенным видом голых детей. Он прислонился к кухонной стойке и скрестил руки на груди.
— Мы собираемся посмотреть фильм, но только если вы оденетесь.
Дети запрыгали.
— Кино! Кино! — кричал Макс.
Никогда не видела его таким взволнованным.
— Какое кино? — спросила Джиллиан.
Слейд стрельнул на меня осторожным взглядом, затем улыбнулся детям.
— Это сюрприз. Идите, одевайтесь.
Они вырвались из комнаты как олимпийские гонщики и загремели вверх по лестнице.
— Ещё не слишком поздно, Трина. Ты ещё можешь изменить своё мнение. Смотреть скучный документальный фильм или плавать?
Почему он так упрямился по этому поводу? Я потрясла головой.
— Если бы ты соизволил изучить папку, которую я тебе дала, то бы знал, что плаванья в расписании нет, — я взглянула на часы. — И вообще, мы должны были начать смотреть фильм пятнадцать минут назад.
Его улыбка была омерзительно сексуальной, даже когда он закатил глаза.
— Мне жаль твоего будущего мужа. Ты должна идти в комплекте с предупреждающей наклейкой на лбу.
Гнев загорелся в моей груди.
— Тебе тоже не помешала бы предупреждающая наклейка, — парировала я.
Он поднял бровь, всё ещё улыбаясь.
— Да? И что же было бы написано на ней?
— Не бери в голову, — пробормотала я.
Он тихо рассмеялся.
— Тебе действительно необходимо оживиться, Клемонс. Я просто шучу, — Слейд сделал шаг по направлению ко мне. — Так как насчёт плаванья? — его глаза просканировали меня с головы до пят. — Ты могла бы поработать над своим загаром.
Я протестующе скрестила руки на груди.
— Я не загораю.
Его глаза, полные вызова, были прикованы к моим.
— Я заметил.
Я сглотнула.
— Я не заинтересована в получении рака кожи.
Он сделал ещё шаг навстречу ко мне, и я почувствовала его слабый запах. Был ли это одеколон? Мыло? Что бы это ни было, пахло очень хорошо. Мои ноги неожиданно стали ватными.
— Что случилось, детка? — он стоял слишком близко. — О чём ты мне не говоришь? Уверен, ты что-то скрываешь. Ты ведёшь себя ещё более странно, чем обычно.
Удушье оставило меня, прежде чем я смогла всё остановить.
