— Сколько добираться до игрового зала?
— Около получаса. Нам выделят автомобиль, и на нем мы будем перемещаться через КаПэПэ, в Западный Берлин.
— Нам?
— Да, я тоже буду вместе с делегацией в Берлине.
— Очень приятно.
Я не очень-то и кривил душой. На пол-румба, не больше. С Миколчуком я уже выезжал и на финал матча претендентов, и в Багио. Работать можно, а это главное.
Делегация наша большая — ну, относительно. Геллер, Доломатский и Макаревичев — шахматисты. Мне лично достаточно и Ефима Петровича, но матч — дело общественное. Нужно готовить молодежь. Пусть подышат воздухом вершины. Доломатский и Макаревичев как раз и были молодежью, хотя Макаревичев старше меня на год. А Доломатский младше, да.
Кроме шахматистов, входят в делегацию и переводчики в штатском, Иванов и Смирнов, входит и врач Григорьянц, тоже в штатском, и… Алла Георгиевна Прокопенко, тренер общефизической подготовки. Вот уж сюрприз!
— Её настоятельно рекомендовали ваши постоянные тренеры, Ольга Стельбова и Надежда Бочарова, — как мы могли отказать?
Действительно, как?
Девочки со мной не поедут. Будут навещать, от Москвы до Берлина два часа лёту, но у них своей работы много. Нет, если нужно, мы, конечно, готовы, сказали они. Как я мог настаивать? Они только-только обживаются в «Молодой Гвардии», у них и в самом деле ответственнейший период.
Но Алла Георгиевна…
Пусть. У нее же папа — большой генерал в группе войск в Германии. Поддержит, если что. Шутка.
И тут неожиданно (ага, конечно) зашёл Павлов.
— Поздравляю, поздравляю! — сказал он.
И поздравил: мой рейтинг достиг рубежа две тысячи восемьсот. У Фишера на пять пунктов меньше! А у Карпова на пятнадцать! Ура!
Потом пожелал мне победы. Безоговорочной! И под конец сообщил ещё одну приятную новость: командировочные мне, Михаилу Чижику, будут идти по сетке заместителя министра!
Я выказал признательность. Ценит, ценит государство шахматистов, и создает им все условия.
О призовых ни Павлов, ни Миколчук не сказали ни слова.
Интересный симптом. Впрочем, медведь не убит, медведь ждёт меня.
Ждёт и облизывается.
Уха на берегу реки
— И что это такое вообще, «общество трезвости», с позиции обыкновенного гражданина? Кто будет его членами, и что они собираются делать? Не пить?
— Разве плохая цель? — ответил Андрей Николаевич.
Он, нынешний Председатель Президиума Верховного Совета СССР, будучи простым первым секретарем обкома, выпивал, и выпивал немало. А потом прекратил, стал заниматься физкультурой, соблюдал диету — и резко пошел ввысь. В стратосферу. Государству нужны здоровые, энергичные и трезвые лидеры. Заводу нужны здоровые, энергичные и трезвые рабочие. Селу нужны здоровые, энергичные и трезвые колхозники. Литературе нужны… и так далее, и так далее, и так далее.
— Эта цель пассивная: не делать того-то. Ну, хорошо, собралось такое общество, человек пять или двадцать, сели за круглый стол, и не пьют. Пять минут не пьют, десять минут не пьют, а дальше, дальше-то? Расходятся до следующей встречи?
— Можно о книгах поговорить, или в шахматы поиграть, — безмятежно сказал Андрей Николаевич.
Мы сидели на берегу реки Красавки и рыбачили. Река впадает в озеро Красивое. Небольшое озеро, не Байкал и не Ладога, но и крохотным его не назовешь. Однако на картах ни реки, ни озера нет. На обычных картах, для населения. Для нашего населения. Место это не простое, населению путь сюда заказан, потому рыбы в реке преизрядно — теоретически. Но она пока не клевала, рыба. Верно, присматривалась.
Интересно, а на той карте московской области, что я привез из Австрии, они есть, река и озеро? Карту (и подробный план Москвы) я купил в обыкновенном киоске на вокзале в Вене. Купил и привез в СССР. План нам, провинциалам, очень помогает, когда прикидываешь, как проехать туда или сюда, Штурман — обыкновенно это Лиса — смотрит в план и командует: налево, направо, прямо… С нашими, московскими планами это не работает, можно заехать черт знает куда. Верно, их, планы и карты, корректируют. Как обычно. Для введение в заблуждение шпионов и диверсантов.
— Если собираются для игры в шахматы, это будет шахматный кружок. Или шахматный клуб. Поговорить о книгах, а то и обменяться ими — книжный клуб. Любителей фантастики, к примеру. О кулинарии — кулинарный клуб. И люди туда потянутся по желанию. Ну, те, кому интересно. Воля ваша, Андрей Николаевич, но вообразить, что кто-то своей охотой пойдёт разговоры разговаривать о вреде пьянства, не могу. Оно, конечно, распоряжение сверху, и всё такое… В каждом райисполкоме выделят комнатку для руководителя местного отделения общества трезвости, на каждое предприятие придёт бумага обеспечить поголовное участие, напечатают членские билеты, наштампуют значки, будут собирать взносы, по сорок копеек в год, или даже по пятьдесят, но всё это будет скучно и уныло. Вроде друзей природы или общества охраны памятников. Были у нас такие общества и в школе, и в институте. Мелочь сшибали, а больше и вспомнить не о чем.
