Покачав головой, Адам сжал пальцы в кулак, прижимая его к губам. Его взгляд пылал такой ненавистью, что даже во мне поселился страх этого мужчины. Правда, ненадолго. Я доверяла ему, поэтому не переживала за свое здоровье. Единственный человек, который должен бояться Адама — его пока еще жена, из которой он при любой удачной возможности вытрясет всю душу.
— Она была вполне нормальной супругой и матерью до того момента, как познакомилась со своим нынешним любовником. Он в короткий срок подсадил ее на наркотики, понимая, что жена обеспеченного мужчины быстро найдёт средства на дозу. И ему перепадет.
— Она любила тебя? Ни одна нормальная жен…
— Нет, как и я ее. Переспал с ней по-пьяни и получил последствия, ради которых теперь готов отдать собственную жизнь. А ведь сначала я хотел отправить ее на аборт.
— Что остановило тебя? — Спросила я, обняв его за талию и положив голову на крепкое плечо.
Он обнял меня в ответ, перебирая пальцами в моих волосах.
— Совесть не позволила. Ей ведь на тот момент было семнадцать лет. Не смотри на меня так, я был у нее далеко не первым.
— Но тебе же тогда было… двадцать девять лет, да?
— Двадцать восемь. Я не смог заставить ее пойти на такой шаг, поэтому женился на ней. Ты не подумай, что она с самого начала вела аморальный образ жизни. Нет. Просто бунтовала из-за развода родителей. Я пытался хоть немного полюбить ее, но все было тщетно. Зато и представить не мог, что ненужный когда-то ребенок станет для меня всем: моим воздухом, моей жизнью. Она все для меня, Милена. Я не прошу тебя полюбить Вику, стать для нее матерью. Дай ей лишь немного тепла, она так и тянется к тебе.
Я видела, как нелегко давалась Адаму эта просьба, но он все же смог озвучить ее, переборов внутреннее смятение.
— Адам, слишком поздно для твоих слов, — прошептала я, чувствуя, как стремительно несется по венам кровь, заставляя сердце биться в два раза быстрее.
Нахмурившись, он окинул меня вопросительным взглядом, ожидая пояснения.
— Я уже полюбила ее.
— Спасибо. Милена, а ты сегодня мне почитаешь сказку? — Спросила Вика, отодвигая пустую тарелку на край стола и сосредоточенно смотря на меня.
Я, в свою очередь, скосила взгляд в сторону Адама. Мы еще не жили вместе, поэтому я не знала, где останусь ночевать этой ночью: в своей квартире или у него дома. А самой навязываться — даже под предлогом того, что меня здесь ждёт Вика — как-то не хотелось.
— Почему бы и нет? — Ответил Адам, целуя меня в висок и подхватывая дочь на руки. — Спасибо за завтрак, солнышко.
— На здоровье. Отнеси Вику в комнату, я ей сейчас красивую прическу сделаю.
— Ура! А можно много-много косичек, чтобы я потом раз и кучерявая, — всплеснула она руками над своей головой.
— Я тебе вечером их заплету, а утром уже будешь кудряшкой.
Не переставая улыбаться на звонкий смех малышки, я направилась вслед за ними в комнату. Со стороны мы казались вполне обычной дружной семьей, но на деле… Интуиция подсказывала мне, что вскоре произойдёт какое-то происшествие, после чего мы, наконец, определимся, кем являемся друг другу. Вот только что должно произойти? Стоило подумать о плохом, как перед моим мысленным взором появилась Евгения — супруга Адама. Довольно симпатичная блондинка, несколько потерявшая свой лоск, который я видела на одной из фотографий в семейном альбоме. Спросите, откуда мне известно, как она выглядит сейчас? Все до банальности просто: эта женщина подкараулила меня возле подъезда моего дома и в довольно грубой форме предупредила, что будет со мной, если я еще хоть раз появлюсь в жизни ее мужа и ребенка.
— Запомни, тв*рье, больше я предупреждать не буду. Увижу тебя рядом с ними — лишу жизни.
Смотря в безумные глаза женщины, которой точно не дашь двадцати трех лет, я вздрагивала от едва контролируемой паники. Еще больше страха внушал ее любовник, стоящий в отдалении от нас. Я не смогла рассмотреть его, так как он был надежно укрыт ночной тенью.
— Ты их все равно не любишь, — с укором произнесла я.
— А это уже не твое дело! — Разъяренно вскрикнула Евгения, но сразу же понизила тон голоса, стараясь не привлекать к нашему разговору ненужного внимания. — И не доноси Адаму о нашем разговоре, иначе он, — кивок в сторону ее сожителя, — научит тебя молчанию. Обещаю, этот урок ты запомнишь надолго.
Оттолкнув меня к шершавой стене здания, женщина, воровато оглядываясь, пошла к тому месту, где стоял мужчина. Я не стала испытывать судьбу и быстро скрылась за железной дверью высотного дома.
Естественно, я во всех подробностях поведала Адаму о состоявшемся разговоре между мной и его женой. В первые минуты моего «захватывающего» рассказа он несколько раз срывался к телефону, чтобы позвонить Евгении и разобраться с ней самостоятельно. Но в итоге передумал, опасаясь за мое здоровье.
— Эта идиотка что угодно может вытворить. Нет, я не могу рисковать тобой или Викой.
— Что ей нужно от меня, Адам? Чем я ей мешаю?
