Я никогда не думала о своей жизни в таком ключе. Забот много, некогда анализировать, как на меня общество смотрит, достаточно моментов, над которыми нужно задумываться. Оказывается, моя замкнутость на близком круге для общения – весьма полезная вещь. Дарует фору, помогает действовать без перекосов, напрямую, сводя к минимуму ошибки. Жаль, что это приписывается мне, ведь эту политику проводит отец. Он считает, что чем меньше людей будет знать о задуманном, тем меньше их пострадает при совершении расплаты. Человеческий фактор никто не отменял, а папа его в буквальном смысле возводил в рамки культа. Исключаешь риски – исключаешь последствия.
Возникла пауза. Мы в молчании брели по дорожке. Разговор себя исчерпал, оставалось скоротать время до завершающей официальной части. Глядя себе под ноги, я прислушивалась к голосам сада. Ничего. Тишина. Мёртвая, несуразная тишина.
Чувству уединённости, которое возникает во время прогулок в поздний час, мешало буйство иллюминации. Свет лился из подвешенных вдоль дорожки фонарей и бил вверх из вмонтированных в бортовой гранитный камень светильников. Складывалось ощущение, что мы шли по яркому прозрачному туннелю.
Посередине дорожки я заметила темное пятно. Приглядевшись, я поняла, что это тень от какого-то предмета. Показалось нелепым, неестественным при таком обилии света увидеть одинокую тень. Минимум – странно, максимум – рождало тревогу.
Я посмотрела наверх, попыталась разглядеть что-то похожее по конфигурации в небе, и не смогла обнаружить. Меня охватило беспокойство. Накануне видела тень в лесу, и она была живой. Я ринулась к тени и замерла над ней, всё ещё шаря глазами в поисках источника. Увы.
Я вглядывалась в несуразный, мешковатый, похожий на головастика, отпечаток и перебирала в уме варианты. Ничего путного в голову не приходило. Поступать, как в лесу, и тыкать в тень носком туфли я не стала. Но и что дальше делать с находкой? Это был знак, я в этом уверена, только знак чего и кто его подавал?
– Мина, почему ты остановилась? – спросил молодой человек, а я дернула головой и вгляделась в его глаза.
В его взоре читалась настороженность и потерянность. Я не ответила, уставилась на отпечаток предмета на дорожке. Эран хмурился, шарил кругом взглядом.
– Ты ничего не видишь?
– Нет, – покачал головой парень.
– Тень, ты её не видишь?
– Нет.
Неужели? У меня галлюцинации начались, или…
– Наверное, это реакция глаз на яркий свет, – произнесла я вслух.
– Да-а, – протянул Эран. – Слепит глаза.
Но уходить я не собиралась. Пялилась на тень и размышляла.
Я решила, что это знак. Почему я так подумала? Сама не знаю, просто пришло в голову, и всё. Впрочем, я обманывала себя, ждала чего-то и теперь, получив загадку, списала её на некое послание. Давно замечала, что будто кто-то следит за мной. Ничего особенного не происходило, только иногда, где бы я не находилась, затылком чувствовала на себе взгляд. Оборачивалась – никого.
– Мина, что происходит? – вклинялся в мои размышления Эран.– Объясни, что случилось, и вместе разберёмся.
Парень встал напротив меня, на то самое место, где растеклась тень. Неожиданно она шевельнулась и стала надуваться и расти, точно пузырь на плоской глади пруда. Я не знала, что делать, ведь видела происходящее, а Эран – нет.
Я схватила парня за руку и дернула на себя. В этот момент тень лопнула, и от неё не осталось и следа на дорожке.
Тревога охватила меня. Что-то случится, и эти знаки, посылаемые мне, не случайность. Беспричинная тоска накатила, взяла за горло и не желала отпускать.
– Повторяю, Мина, не молчи, скажи, что происходит, – настаивал Эран, а я мотнула головой и промолчала. – Мина, чем я могу тебе помочь?
Мне следовало разобраться в странных видениях. Они возникали ни откуда, будоражили и уходили никуда. Общее между обоими случаями одно: тень. Только если в происшествии в лесу я видела чёткую руническую вязь, которую сложно прочитать, то сейчас тень выглядела угрожающе.
Всё бы отдала за возможность трансформироваться в боевого мага прямо здесь и сейчас, чтобы прощупать, кто из гостей торжества и чем дышит. А может, это зов «Перехлестья веков»?
Чушь! Я читала об этом артефакте и принцип взаимодействия с магом у него иной. Зов выглядел огненной направленной струёй и, когда достигал адресата, опалял его. Дальше сопротивляться призыву бесполезно, маг подчинялся. Руки тех, кто брал артефакт, пусть ненадолго, боевому магу казались бы полыхающими пламенем. Я не смогла бы удержать силу внутри себя, трансформация произошла бы молниеносная. Я всё ещё в облике Мины Ртуть, значит, это не искомый артефакт.
Не-ет, тут что-то другое…
– Пойдем обратно, – попросила я. – Что-то я чувствую себя не в своей тарелке. Побудем оставшееся до начала заключительного официоза время на террасе.
Я посмотрела на Эрана. Его взгляд был наполнен нежностью. Мне вдруг остро захотелось коснуться пальцами губ молодого мага или накрыть их своим ртом, чтобы почувствовать на вкус.
