Мне кажется, выглядело симпатично, но как-то уж очень попахивало рекламными роликами документальных фильмов, которыми заполняли паузы между фильмами и программами. Не знаю, как пишутся мемуары…
– Мина, о чём ты всё время думаешь? – ворвался в мои мысли голос Энн. – Нам пора в зал для оглашения выбора, а ты стоишь столбом.
Надо же, за размышлениями не заметила, как оказалась на крыльце дворца. Надо шевелиться, о мемуарах потом. Сначала Мирсу необходимо спасти, а потом придаваться впечатлениям, выплёскивая их на читательскую аудиторию.
С другой стороны, почему не начать именно так, как решила? В черновом варианте сгодится.
– Конечно, идёмте, – пожала плечами я, и декольте поползло вниз.
Ой, больше двигать плечами не буду, боюсь: это чревато проблемами.
Перед нами распахнулась массивная дверь, и на пороге появился парень лет двадцати в одежде времен Противостояния. Широкие брюки и короткая курточка, заканчивающаяся на груди, великолепно смотрелись на молодом человеке.
– Верховный магистр, – разнёсся по залу противный механический голос электронного глашатая, – советник его величества, госпожа Ртуть с семьёй. Председатель учёного совета при правительстве маар Жар с сыном.
Я права, заинтересованные лица знали, кто я такая, потому и не стали оглашать моё имя отдельно от имени Энн. Хотя по правилам этикета положено назвать меня полностью со всеми регалиями. Над Эраном нависло Наложение, и он при ком-то, в данном случае при отце, а я – действующий маг, полноправный и урождённый. Зимний пустился на хитрость, поставив меня за спину Энн. Ладно, мне это на руку.
Мы медленно и чинно пересекли зал и остановились напротив трона правителя. Маар Зимний выглядел оживлённым. Одет в национальную одежду: пресловутые широкие штаны и куртку. Вьющиеся, короткие, темные волосы были уложены в прическу. Завидев нас, король улыбнулся, а мы с Энн присели в реверансе. Затем быстро отошли в сторону, и Эран с отцом отправились за напитками.
– Рад приветствовать вас, многоуважаемая Энн.
О, великая Фира!
Мне кажется, или это Ев Жемчужный собственной персоной? Так и есть. От этого прохвоста одни неприятности, вот и сейчас, чувствует моё сердце, должно что-то произойти.
– Доброго вам вечера, Ев.
Энн, как и я, прятала лицо под вуалью. Раз так положено, так чего уж там, все обмотаны вуалью. Только не понятно, зачем носить всем этот аксессуар, если всё равно объявляли, кто из гостей прибыл во дворец. Впрочем, не моя забота. Не радовала перспектива кутаться в вуаль всё время отбора, но придётся набраться терпения.
– Я сражен красотой вашей родственницы и прошу не понять меня превратно, молю вас, Энн, представьте меня ей.
– Мина Ртуть. Мина, это маар Ев Жемчужный, посол Куры.
В светло-зелёных глазах Ева читалось восхищение, а улыбка на его лице казалась счастливой. Я снова почувствовала себя той юной, семнадцатилетней девушкой, пришедшей на свой первый бал. Ев тогда лихо взял меня в оборот, закружил и едва не облапошил.
– Рад знакомству, Мина Ртуть, – сладко произнёс Ев, готовясь, как настоящий хищник, к преследованию выбранной жертвы. – Теперь я верю, что чудеса в этом мире случаются – я вижу вас и счастлив этим.
Как же тебе ответить, маар хороший? Как побороть желание разбудить магию внутри себя и, завладев сознанием того парня, что стоял ближе всего к нам, заставить его обернуться и придушить посла Куры, Ева Жемчужного?
Но вместо этого я повела плечами, и декольте снова поползло вниз. Это не укрылось от внимания Ева, он с возросшим интересом смотрел на ворот моего платья, даже когда я отвечала ему:
– Рада знакомству. А ещё счастлива, что вы уверовали в чудеса.
Так держать, Мина! Скромненько, без нажима. Твоя роль – провинциальная дурёха, вот и играй её.
Неожиданно на огромном экране, прикреплённом под потолком, я увидела нашу группку. Энн стояла рядом со мной, Ев пожирал меня взором, и я…
На экране платье выглядело роскошно, и даже на фигуре сидело великолепно, но беда в другом – это не я. Или не беда вовсе, а радость? Узнать никто не сможет, даже близкие мне люди. Эх, была бы возможность, устроила бы пари: узнает меня Вирт или нет в таком наряде.
Молодой человек, что стоял к нам спиной, которого хотела сделать невольным убийцей Ева, обернулся, и моё сердце пропустило удар. Нет, дело не в красоте молодого мужчины и не в том, что я знала его, хотя так на самом деле и было, а потому, что я поняла: моё задание официально началось. Это был Марик Зимний, наследник Хиссы.
