Тут инопланетянин снова улыбнулся:
— Это имеет для тебя значение? Нет, мы не производим его на Земле, а банка и капсулы — это для твоего удобства.
«Для моего удобства? Для моего? Снабжение меня капсулами и есть цель их встречи со мной? Но зачем?» — эти мысли проносились в моей голове, когда мои губы спокойно произнесли:
— Но вы же не знали, что встретите меня. Зачем тогда вам банка с капсулами на вашей пирамиде? Вы даете их ещё кому-то? Ещё кто-то из людей получал их от вас?
Он посмотрел на меня, потом прищурился, отчего его глаза превратились в длинные щели, и неохотно ответил:
— Да, я уже говорил, ты не единственный. Но твои вопросы неисчерпаемы. Ты знаешь всё, что необходимо для того, чтобы почти ничего не бояться и не относиться к жизни слишком серьёзно. И подумай ещё об одном — чтобы освободиться от смерти, надо освободиться от жизни. А теперь следуй за мной.
Мы прошли к выходу, дверь открылась, и я оказался в лесу около своего велосипеда.
Я смотрел, как пирамида, мерцая, становилась то прозрачной, то непроницаемой, то чётко видимой, то растворяясь в воздухе. Потом очень медленно она поднялась чуть выше деревьев, ярко засияла синим цветом, обернулась несколько раз вокруг своей оси и исчезла. Улетела ли она, или переместилась в другое измерение, а, может быть, просто стала невидимой?
Положив банку в карман, я вскочил на велосипед и через пятнадцать минут был дома. Закурив сигарету, я вышел на балкон и стал думать.
Такие потрясения, так фантастически развивающиеся события и такие невероятные встречи — вряд ли происходили в чьей-либо жизни. Я чувствовал себя избранным и не знал, как к этому относиться. Я вообще не понимал, что произошло, как жить дальше, зачем всё это и почему? Случайно это случилось именно со мной или нет? И не умру ли я сразу, проглотив капсулу? А если инопланетяне ставят на мне какие-то опыты?
Вот так я стоял на балконе, думал и решил, что Существо, с которым я общался, вселяло доверие. Да и потом, что я потеряю, съев капсулу? Ничего. И я поверил в то, что бояться нечего. Ведь его последние слова были «ничего не бойся и не относись к жизни слишком серьёзно».
Знаете, что я сделал? Я открыл банку, налил стакан воды и проглотил капсулу. Вот и всё.
Потом я несколько часов ждал, когда она начнет действовать. Я и сам не знал, чего именно жду, но предполагал, что я, по крайней мере, почувствую какой то результат. Но ничего особенного я не чувствовал, точнее сказать, в те первые часы после принятия капсулы.
Мне очень хотелось кому-нибудь позвонить и рассказать о том, что произошло. Я прекрасно понимал, что мне не поверят и подумают, что я потихонечку всё-таки сошёл с ума. Я не стал никому звонить.
В какой-то момент мелькнула мысль, что всё это мне привиделось, что это была галлюцинация. Но я сразу это отверг, потому что никаких капсул дома до моей поездки в лес не было, а теперь они были. Кто-то должен был мне их дать, а в аптеку я не заходил. Никаких надписей ни на банке, ни на самих капсулах не было. Значит, даже если бы я был в неадекватном состоянии, если такое предположить, и, к примеру, под гипнозом зашёл в аптеку и купил таблетки, то на упаковке должно было быть хоть что-то написано.
Наступил вечер, я понимал, что пережил большой стресс, и решил пока никому ничего не рассказывать, пусть пройдёт этот день, а завтра видно будет. Я подумал, что нужно выпить. Налил себе немного рома, а потом ещё немного и ещё. В итоге я напился. Вечер и половина ночи прошли в распитии рома и просмотре каких-то музыкальных каналов. Моё главное желание тогда было просто оторваться в мыслях от происшедшего, и благодаря рому мне это удалось. Я заснул, когда была уже глубокая ночь.
Проснулся я на следующий день поздно, взглянув на часы, обнаружил, что уже четыре часа дня. Проспать так долго было странно даже при том, что я вчера поздно лёг и много выпил. Удивило и испугало меня другое — моя подушка, одеяло и постельное белье были мокрыми. Встав с кровати, я обнаружил, что даже на полу — лужа. «Видимо, я очень сильно потел во сне», — подумал я. Но это было настолько неестественно. Одеяло, простыня и подушки были не просто влажными — их можно было выжимать.
Также я поймал себя на мысли о том, что я прекрасно себя чувствую, несмотря на количество выпитого вчера. Я был бодр, и не просто бодр, как если бы я не пил, а как-то по-новому бодр, так — будто я стал какой-то обновлённый.
