Он продиктовал номер, она записала, записала и имя, хотя ни он, ни она не знали точно, как оно пишется.
– А что, по-твоему, она может мне предложить? – спросила Шивон.
– Несколько сумасбродных теорий.
– Звучит многообещающе.
– Мне кажется, если ты ее выслушаешь, вреда не будет, – подытожил Моз.
Но у Шивон теперь было на этот счет другое мнение. Она убедилась, что выслушивать порой небезопасно.
Очень даже небезопасно.
Давненько Ребус не заходил в здание Городского собрания, которое находилось на Хай-стрит напротив собора Святого Эгидия.
– Я к Гарету Тенчу, – обратился Ребус к девушке, сидевшей за столом в вестибюле.
– Не думаю, что он на месте, – неуверенно проговорила она. – Пятница, сами понимаете.. По пятницам многие советники бывают в своих округах. – Девушка пробежала взглядом по листу бумаги на лежавшей перед ней планшетке. – А знаете, вам, кажется, повезло, – объявила она, глянув на часы. – Сейчас идет заседание секции Комитета по переустройству города. Через пять минут должен быть перерыв. Сообщить секретарю, что вы здесь, мистер?…
– Инспектор уголовной полиции Ребус, – с улыбкой представился он. – Если угодно, Джон.
– Присядьте пока, Джон.
Поблагодарив ее легким поклоном, Ребус сел, и тут засигналил его мобильник. На дисплее отобразился номер Мейри Хендерсон.
– Чем обязан, Мейри? – спросил он.
– Совсем забыла сказать тебе утром… мне удалось выяснить кое-что про Ричарда Пеннена.
– Давай-ка поподробнее.
Он вышел на улицу. Напротив стеклянной входной двери стоял «ровер» лорда-провоста. Остановившись рядом с ним, Ребус закурил.
– Один лондонский журналист свел меня с телепродюсером, который пристально следит за Пенненом с момента выхода его компании из структуры Министерства обороны.
– Отлично, считай, что на этой неделе ты свои полпенни уже заработала.
– Здорово, так может мне сразу рвануть в «Харви Николз» [25] и развернуться на всю катушку?
– Ладно, слушаю и не перебиваю.
– Пеннен связан с некой американской компанией «ТриМерино». Сейчас она работает в Ираке. В ходе войны было уничтожено много техники, в том числе и военной. «ТриМерино» занимается перевооружением хороших мальчиков…
– Где они их только находят-то?
– …зорко следя за тем, чтобы не обделить ни иракскую полицию, ни новые вооруженные формирования. И это – можешь себе представить? – подается как гуманитарная миссия.
– То есть они запускают руку в фонд гуманитарной помощи?
– В Ирак идут миллиардные вливания – кое-что при этом теряется, но это уже другая история. Тема моего знакомого телепродюсера: грязные тайны иностранной помощи.
– И он разоблачает Ричарда Пеннена?
– Надеюсь.
– Ну а как это может быть связано с нашим покойным политиком? Есть какие-нибудь свидетельства того, что финансирование Ирака шло через Бена Уэбстера?
– Пока нет, – вздохнув, призналась она.
Ребус заметил, что пепел с его сигареты упал на сияющий капот «ровера».
– У меня такое чувство, будто ты чего-то не договариваешь.
– Ничего такого, что имеет отношение к твоему усопшему члену парламента.
– Не поделишься с дядюшкой Джоном?
– Да, может, и делиться-то нечем. – Она на миг замолчала. – Но на статью материала достаточно. Ведь я первый журналист, кому этот телепродюсер выложил все от корки до корки.
– Повезло тебе.
– Ты ведь можешь сделать еще одну попытку, только прояви чуть больше энтузиазма.
– Извини, Мейри… голова сейчас занята другим. А ты продолжай копать под Пеннена. Чем больше разузнаешь, тем лучше.
– Не факт, что это продвинет твое расследование.
– Ты столько для меня старалась, что заслужила, чтобы и тебе что-то обломилось.
– Золотые слова. – Она снова замолчала. – Ну а у тебя есть что-нибудь новенькое? Могу поспорить, ты уже побывал в том стационаре, где работал Тревор Гест?
– Толку от этого ни на грош.
– И нечем поделиться?
– Пока нет.
– По-моему, ты попросту увиливаешь.
Ребус отошел в сторону, давая пройти выходящим – шоферу в ливрее, следом за которым шел мужчина в униформе с небольшим кейсом в руке. Замыкала шествие дама – лорд-провост собственной персоной. Она заметила пепел на капоте и, усаживаясь на заднее сиденье лимузина, бросила на Ребуса сердитый взгляд. Мужчины сели впереди.
– Спасибо, что поделилась информацией о Пеннене, – поблагодарил он Мейри. – Будем на связи.
– Теперь твоя очередь звонить, – напомнила она. – Раз мы снова начали общаться, я не хочу одна платить за разговоры.
Отключившись, он выбросил окурок и вернулся в вестибюль.
Секретарша, с которой разговаривал Ребус, подозвала его и сообщила, что муниципальный советник уже спускается по лестнице в вестибюль.
Ребус дождался его на улице.
– Ну вы и тип, Ребус, – приветствовал инспектора Тенч. – С чего это вы так подружились с Кафферти? Таких сволочей, как он, на свете немного.
– Не стану спорить.
– Тогда почему?
– Я с ним вовсе не дружу, – отрезал Ребус.
– А со стороны выглядит именно так.
– Значит, вы не берете на себя труд рассмотреть картину целиком.
– Я хорошо делаю свою работу, Ребус. Если не верите мне, поговорите с людьми, которых я представляю.
