Перекличка мертвых полностью

Яйца всегда оставались несъеденными.

Летние уик-энды казались теперь Ребусу бесконечно длинными и однообразными. Он их ненавидел. Утро понедельника приносило ему настоящее облегчение, ведь можно было на некоторое время позабыть о диване, о табурете у барной стойки, о супермаркете и закусочной. Коллеги, возвращаясь на работу, рассказывали об удачных покупках, футбольных матчах, семейных поездках на велосипедах. Шивон обычно ездила в Глазго или в Данди, общалась с друзьями, тусовалась. Коллективные походы в кино и прогулки по берегам Лита. Никто уже не спрашивал Ребуса, как он провел выходные. Знали, что в ответ он лишь пожмет плечами.

Никто не упрекнет тебя в безынициативности…

А ведь именно этой самой безынициативности он и не мог себе позволить. Он практически не мыслил существования без работы. Потому и набрал сейчас номер на своем мобильнике и ждал. Включился сигнал автоответчика.

– Доброе утро, Рэй, – отчеканил он. – Это твой будильник. Каждый час я буду звонить тебе, пока не получу ответа. Вскоре позвоню снова.

Отключившись, Ребус сразу же набрал другой номер и надиктовал то же самое сообщение на домашний автоответчик Рэя Даффа. Теперь оставалось набраться терпения. Концерт «Лайв Эйт» начинался примерно в два, но появления таких групп, как «Ху» или «Пинк Флойд», раньше вечера и ждать было нечего. Так что он мог пока вволю покопаться в деле Коллера. И к тому же успеть заняться делом Бена Уэбстера. Так скорее пролетит суббота и наступит воскресенье.

Ребус решил, что его последний час еще не пробил.

В справочной ему дали номер телефона «Пеннен Индастриз» и адрес этой компании, располагавшейся в центральной части Лондона. Ребус позвонил, но автоответчик сообщил, что коммутатор будет включен утром в понедельник. Тогда он позвонил прямо в Гленротс, в штаб операции «Сорбус».

– Уголовная полиция Эдинбурга. – Он прошагал из одного угла своей гостиной в другой и высунулся в окно: какое-то шумное семейство, ведя за руки детей с разрисованными лицами, направлялось в сторону Медоуз. – До нас дошли слухи, что Армия Клоунов [4] вроде бы избрала мишенью некую структуру, называемую… – для большего эффекта он сделал паузу, будто сверяясь с документом, – «Пеннен Индастриз». Мы понятия не имеем, что это такое. Может, вы нас просветите?

– «Пеннен»?

Ребус повторил по буквам.

– А вы?…

– Инспектор уголовной полиции Старр… Дерек Старр, – соврал Ребус, опасаясь, как бы о его звонке не доложили вездесущему Стилфорту.

– Вам придется минут десять подождать.

Ребус открыл рот, чтобы поблагодарить, но связь вдруг прервалась. Ни звучавшего прежде мужского голоса, ни шумов: только частые гудки, какие бывают, когда линия занята. До него дошло, что офицер не спросил его номера… может, он высветился у него на каком-нибудь дисплее, может, он уже занесен в память.

И уже отслеживается.

– Уххх, – вздохнул он и поплелся на кухню приготовить кофе.

Ему вспомнилось, что Шивон уехала из «Бэл-морала» после второй порции. Сам Ребус заказал для себя третью, после чего перешел через дорогу и принял последний в тот вечер стаканчик в «Кафе Ройял». Утром пальцы пахли уксусом – значит, по дороге домой он ел чипсы. Ну да, точно: таксист довез его до края Медоуз. Он подумал, что надо бы позвонить Шивон и убедиться, что она благополучно добралась домой. Но ее всегда нервировали такие звонки. Да и она уже, наверно, вышагивает в одной колонне с родителями. Ей страшно хочется увидеть Эдди Иззарда и Гаэля Гарсию Берналя. А еще Бьянку Джаггер и Шарлин Спитери. Для нее это настоящий праздник. Может, она и права.

Да, ее машина! Теперь ей придется заниматься починкой. Ребус знал муниципального советника Тенча; по крайней мере, знал о нем. Это был своего рода проповедник-любитель, который каждые выходные, расположившись на площадке у подножия Маунда, призывал направляющихся за покупками людей покаяться. Ребус проходил мимо него по пути в бар «Оксфорд», где обычно завтракал. В Ниддри Тенч пользовался хорошей репутацией, поскольку выпрашивал у местных властей, у благотворительных фондов и даже у руководства Евросоюза гранты на развитие района. Ребус рассказал об этом Шивон, когда давал ей номер автомеханика на Баклу-стрит. Этот парень в основном работал с «фольксвагенами», но однажды Ребус оказал ему услугу…

Зазвонил телефон. С чашкой кофе в руках он вернулся в гостиную и взял трубку.

– Вы не в участке, – произнес тот же голос, который отвечал ему в Гленротсе.

– Я дома.

Через окно до его слуха донесся стрекот вертолетного мотора. Возможно, вертолет полицейского наблюдения, а возможно, и с телерепортерами на борту, бороздил в этот час небо.

– У компании «Пеннен» нет ни одного офиса в Шотландии, – сообщил ему голос из трубки.

– Раз так, то никаких проблем, – ответил Ребус, стараясь придать голосу беззаботность. – Сейчас слухи рождаются ежесекундно и безостановочно, и нам приходится работать в таком же режиме. – Он засмеялся, собираясь задать новый вопрос, но вновь зазвучавший в трубке голос заставил его изменить намерение.