Перекличка мертвых полностью

Уайли недовольно поморщилась и, развернув шоколадку, демонстративно впилась в нее зубами.

– Плакала моя взятка, – посетовал Ребус.

– Я оставлю эти фотографии вам, – сказал Манго, облизывая пальцы. – Можете считать их своими, но учтите – не для публикации.

– Только для внутреннего пользования, – пообещал Ребус.

Он разложил по столу фотографии лимузинов везущих важных персон на ужин. Многие лица получились нечетко из-за того, что шоферы, увидев фотографа, не только не притормаживали, но, наоборот, жали на газ. Некоторые иностранные гости широко улыбались – очевидно, от удовольствия, что на них обратили внимание.

– А вот эти снимки передайте, пожалуйста, Шивон, – попросил Манго, протягивая Ребусу большой конверт. – Тут демонстрация на Принсез-стрит. Она интересовалась женщиной, стоявшей с краю. Я немного увеличил изображение.

Ребус раскрыл конверт. Молодая женщина с взлохмаченными и словно мокрыми волосами держала камеру у лица – рот плотно сжат, тонкие губы вытянуты в нитку. С головой ушла в съемку. Похоже, профессионалка. На других снимках она смотрела в сторону, отведя камеру от лица. Словно что-то высматривала. Ее совершенно не интересовал строй прозрачных щитов, не пугали пролетавшие мимо камни и комья грязи. Ни волнения, ни страха.

Она просто делала свою работу.

– Я обязательно передам ей фотографии, – пообещал Ребус Манго, который уже застегивал портфель. – И огромное тебе спасибо. Я у тебя в долгу.

– Может, в следующий раз звякнете, когда первым окажетесь на месте преступления? – попросил Манго.

– Такое редко случается, сынок, – ответил Ребус. – Но я буду помнить о тебе.

Манго на прощание пожал руки обоим. Проводив его взглядом, Уайли спросила Ребуса:

– И ты действительно будешь о нем помнить?

– Штука в том, что в моем возрасте память уже не та, что раньше.

Ребус хлебнул супа, который оказался совсем холодным.

Верная своему слову, в течение получаса появилась Мейри, но ее взгляд сразу стал жестким, стоило ей увидеть лежащий на столе развернутый и надкушенный батончик «Марс».

– Я не виноват, – извинился Ребус, прикладывая руки к груди.

– Я подумала, что тебе, наверно, будет интересно, – сказала Мейри, разворачивая оттиск первой полосы завтрашнего утреннего выпуска. – Нам повезло: никаких серьезных происшествий.

Под заголовком были помещены фотографии Лоскутного родника и отеля «Глениглс». Читать сам текст Ребус не стал.

– А что ты только что говорил парню? – ехидным голоском поинтересовалась Уайли.

Пропустив ее замечание мимо ушей, Ребус вернулся к высокопоставленным особам.

– Будь другом, просвети меня, кто тут кто? – попросил он Мейри.

Набрав в грудь побольше воздуха, журналистка принялась сыпать именами гостей из разных стран вроде ЮАР, Китая и Мексики – в основном министров торговли и экономического развития. Один раз, засомневавшись, она позвонила кому-то из газетных экспертов, который ее проинформировал.

– Так мы можем заключить, что они вели переговоры о торговле или об оказании гуманитарной помощи? – спросил Ребус. – В таком случае, что там делал Ричард Пеннен? Или наш министр обороны?

– Ведь торговать можно и оружием, – напомнила Мейри.

– Ну а зачем там был начальник полиции?

Она недоуменно повела плечами:

– Может, пригласили из вежливости. А вот посмотри… – Она постучала кончиком пальца по одному из лиц на фотографии. – Это мистер Генетический Модификатор. Я видела его по телевизору; он спорил с защитниками окружающей среды.

– Мы что, продаем генетически модифицированные продукты Мексике? – спросил Ребус.

Мейри снова пожала плечами:

– Ты и вправду думаешь, что они что-то скрывают?

– А зачем бы им это делать? – спросил Ребус таким тоном, словно его удивил сам вопрос.

– Чтобы власть свою показать? – предположила Эллен Уайли.

– Эти люди не такие дураки. Кстати, Пеннен тут не единственный бизнесмен. – Мейри указала еще на два лица. – Вот банкир, а вот владелец авиакомпаний.

– Как только было обнаружено тело Уэбстера, – заметил Ребус, – оттуда спешно вывезли всех VIP-персон.

– Ну это-то как раз обычное дело, – сказала Мейри.

Ребус тяжело опустился на стул:

– Пеннен не хочет, чтобы мы совали нос в это дело, а Стилфорт вообще хватает меня за руки. Это о чем-нибудь говорит?

– Любая огласка нежелательна… когда пытаешься вести переговоры с определенными правительствами.

– А мне нравится этот парень, – объявила Уайли, дочитав до конца материалы о Бене Уэбстере. – Очень жаль, что он погиб. – Посмотрев на Ребуса, она спросила: – Ты пойдешь на похороны?

– Да вот подумываю.

– Еще один шанс погладить против шерсти Пеннена и его особое подразделение? – предположила Мейри.

– Отдать последний долг покойному, – возразил Ребус, – и сообщить его сестре, что мы не продвинулись ни на шаг.

Ребус взял в руки один из снимков, сделанных Манго на Принсез-стрит. Их как раз проглядывала Мейри.

– Насколько мне известно, – начала она, – ваши парни переусердствовали.

– По-моему, это демонстранты переусердствовали, – буркнула Уайли.