А если… если и закрепишься в той же форме, и приобретешь жажду крови? Может ли оборотень получиться именно так?
Если это кто-то… если есть другие?
– А откуда вообще эта тварь взялась? – поинтересовалась Мия.
– Я наведу справки, – пообещал Фредо, который тоже не готов был рисковать сыном и товаром. Если там даже обычный волк-людоед…
Вот ничего в этом хорошего нет, право слово. Спасибо дане СибЛевран, их предупредили. А если бы нет? Если бы эта тварь напала?
Наемники… оно, конечно, хорошо. Но одно дело – сражаться с людьми, другое – с демонами.
Фредо надел шляпу и направился к двери.
– Пойду в магистрат, узнаю, что и как. А то и в канцелярию загляну…
– А я пока напишу дане СибЛевран, поблагодарю.
– Я присоединюсь, ладно? – попросила Мия.
На девушку воззрились все Лаццо, и с немалым удивлением.
– Вы же друг друга не знаете… – не понял Паскуале.
Мия пожала плечами.
– Полагаю, дядя, тогда вы сами скажете ей о Лоренцо?
Ньор закашлялся.
А вот этого ему совершенно не хотелось. Вот совсем-совсем…
Что там за Адриенна такая, он не знал, но, судя по сцене прощания, они друг друга любят – взаимно. И глядеть девушке в глаза и говорить, что ее любимый умер…
Это жестоко.
– Да, Миечка. Так будет лучше. Напиши, пожалуйста, что сможешь, а если она меня спросит, я потом расскажу.
– Я напишу, – пообещала Мия. – Подробно.
И вышла из комнаты. Ей предстоит найти подходящие слова для Адриенны.
Сложно?
Ничуточки! Надо только написать два письма, одно она даст прочитать Лаццо, второе вложит в конверт перед самой отправкой. А слова найти несложно. У нее вообще такое ощущение, что Адриенну она сто лет знает. Та все поймет правильно.
А Мия…
Мия отправится в те два места, где ей могут действительно помочь. Первое – к Комару, в Грязный квартал.
Второе – в церковь.
– Здравствуйте, ньора Анна.
– И вам поздорову, дан.
Ньора Анна восхищала. Действительно восхищала и поражала, равно как внешностью, так и габаритами. Стоило представить себе очаровательную женщину, да хоть бы и ту же эданну Франческу, а потом увеличить ее пропорционально – втрое. Или вчетверо.
Вот и получилось бы… то самое.
Дан Энрико почтительно поклонился и вовсе не чувствовал себя униженным. Такой поди не поклонись…
– Ньора, прошу меня простить, но вы одна из немногих, кто выжил после нападения чудовища. И поэтому мне очень нужно с вами поговорить. Мой отряд охотится на него вот уже месяц… и ничего! Один раз мы его подранили, один раз он нам показался – и убежал. И все…
Ньора задумалась.
– Но чем я могу вам помочь, дан? Я белье как раз стирала, а тут эта тварь – я ахнуть не успела, он на меня и кинулся. Я ж знаю, от собаки бежать нельзя, догонит, да и вопьется… кинула ему белье в морду… потом расплачиваться за него пришлось…
Дан Энрико прекрасно понял намек, и за корсаж ньоре скользнул полновесный золотой лорин. Ньора подобрела и даже улыбнулась.
– Валек-то у меня всегда с собой, стирки много выдалось, я одно постирала, повесила, за второе взялась… ну я его вальком и со всего размаху да по морде… по морде!
Судя по размаху…
Не добила. Вовремя удрал, не иначе. А как жаль! Такой женщине много времени и не потребовалось бы, вот разве что шкура маловата, только на воротник и подошла бы…
– А можно ваш валек поглядеть?
Вторая монета поменяла владельца. Ньора Мартино улыбнулась и повела плечами так, что дан аж сглотнул.
– Разве ж нельзя? Пройдите, посмотрите… или сюда его вынести?
Дан Энрико подумал секунды три.
– Я пройду, посмотрю. А ребята пока по окрестностям проверят, что да как.
Ребята поняли все правильно, и рассеялись по округе. Дан улыбнулся и отправился на осмотр… достопримечательностей.
О вальке он вспомнил только после тщательного исследования местности, причем неоднократного. И все же взвесил его в руке.
Больше всего этот валек был похож на меч для тренировок. Длинная ручка, примерно в две – две с половиной ладони длиной, сама пластина валька – тоже длинная, пожалуй, что… да. Энрико прикинул его к плечу. Вот, от плеча до запястья длиной. И ширина – ему две ладони положить спокойно.
По женщине и инструмент, кстати говоря.
Вот у даны Адриенны такой за двуручный меч сошел бы, а ньора Анна Мартино им без особых проблем работает.
– Анна-а, милая, а что это за дерево?
– Осина…
Энрико обругал себя дураком. И уточнил, хотя уж и сам все понял.
– А когда ты его огрела первый раз… он не отскакивал?
– Было такое… отскочил, зашипел, словно та змеища, а не волк, – и опять на меня. Я его и встретила со всего размаху…
Вот все понимал Энрико. И что это зверь-людоед, и что тварь та еще, и что жалеть его не стоит…
И все равно. Вот просто представил, как такой штукой да по зубам… и даже зверя жалко стало.
Осина, значит.
