Она надеялась на ясный ответ, надеялась услышать голос Иисуса в сердце своем, однако ожидания не оправдались, и золотое сияние погасло. Но она успокоилась, в голове у нее прояснело. Бекки увидела свет Господень, пусть даже мельком, и Он откликнулся на ее молитвы.
Публичная библиотека, кирпичное здание с высокими окнами, выстроенное в двадцатые годы, стояло на лужайке, защищенной изгородью от собак. По будням библиотека работала до девяти вечера, но в обед пустовала, лишь одинокий библиотекарь сидел за столом выдачи среди молчания книг, дожидавшихся, когда в них возникнет потребность.
В библиотеку через переднюю дверь (которую использовали редко, поскольку большинство посетителей приезжало на машинах и парковалось позади здания) вошла взволнованная особа, пахнущая табаком и мокрым габардином. Лицо ее блестело, волосы потускнели от талого снега. Особа отряхнулась, потопала ногами по ковролину, раскатанному из-за метели. Благодаря бесконечным часам ожидания, пока дети выберут книги, она точно знала, куда идти. В читальном зале за абонементным столом есть шкафчик с телефонными справочниками крупных городов Америки и мелких – Иллинойса. Деньги налогоплательщиков не пропали зря: все справочники более-менее новые.
Она присела на корточки возле полки, вытащила самый пухлый справочник и раскрыла его на полу. За Гордонами и Гоуэнами, перед многочисленными Гринами, отыскался короткий столбец Грантов. Она готовилась к тому, что ее разочаруют, образумят, но была настроена так решительно, что мир, похоже, решился ей подыграть. И действительно, подле капли талой воды, сорвавшейся и покоробившей страницу, ее глазам открылось едва ли не самое эротическое зрелище в жизни.
Грант Б. 2607 Виа Ривера… .962-3504
Она замычала, точно взяли первую ноту на виолончели, которая десятилетиями валялась на чердаке. Сколько же смысла таится в записи телефонного справочника! Часы, дни, годы, которые Б. Грант провел в определенном доме на определенной улице, доступный каждому, кому ведом его драгоценный номер. Она не знала наверняка, что это именно Брэдли, но вдруг? Неделю за неделей она ходила в библиотеку, бесцельно бродила вдоль полок и ни разу не догадалась его поискать. Ключ от ее сердца был спрятан на видном месте.
Она взяла с деревянного подноса карандаш и листок бумаги, переписала адрес и телефон, сунула листок в карман пальто, к сигаретам. Она в такой спешке убегала из стоматологической клиники после трех с лишним часов в обществе Софии Серафимидес, что забыла отдать ей двадцать долларов. И эти деньги (в обоих случаях добытые нечестным путем) очень ей пригодились, когда она проходила мимо городской аптеки и вспомнила о более эффективных средствах сбросить вес и справиться с тревогой. Она обзавелась средствами, к тому же теперь у нее появился мотив. Она воображала, будто уже похудела на тридцать фунтов и пишет Брэдли милое непринужденное письмо – о том, что у нее все хорошо, рассказывает что-то оригинальное и живое о каждом из своих четырех детей, без слов давая понять, что она совершенно исцелилась, выстроила себе простую хорошую жизнь и ему нечего ее опасаться. А ты? Еще пишешь стихи? Как поживает Изабелла? Как мальчики? Наверное, у них уже свои семьи…
