Перекрестки сумерек полностью

Это оказалась жестокая и эффективная ловушка. Севанна была суровой госпожой, хотя обычно держалась ровно. Она никогда не кричала, редко выказывала свой гнев, но мельчайшее нарушение, малейшая ошибка в поведении или разговоре влекли за собой немедленное наказание розгой или плетью. И каждый вечер пятеро гай'шайн, угодивших ей в этот день меньше остальных, отбирались для дальнейшего наказания — иногда, кроме того, что их пороли, они проводили всю ночь связанными и с кляпом во рту — просто в назидание остальным. Фэйли не хотелось думать о том, что эта женщина прикажет сделать со шпионкой. С другой стороны, Хранительницы Мудрости недвусмысленно давали понять, что судьба гай'шайн, которые не будут рассказывать им обо всем, что слышали, и попытаются утаить или начать торговаться, висит на волоске, и они вряд ли проживут долго. Причинить гай'шайн вред, выходящий за рамки разрешенных взысканий, значило нарушить джи'и'тох — представление о чести и долге, которое правило жизнью Айил, — но гай'шайн-мокроземцы, по-видимому, находились вне многих правил.

Рано или поздно ловушка должна была захлопнуться, не с одного конца, так с другого. До сих пор этого не произошло лишь потому, что Шайдо, по-видимому, считали своих гай'шайн-мокроземцев чем-то вроде упряжных лошадей или гуртового скота, впрочем о животных заботились намного больше. Правда, время от времени кое-кто из гай'шайн пытался убежать; но обычно хозяева просто давали им пищу и кров, поручали работу и наказывали, если те не справлялись с ней. Хранительницам Мудрости просто не приходило в голову, что они могут оказать неповиновение, так же как Севанне — что они могут шпионить за ней. Они полагали, что уж скорее упряжная лошадь вдруг запоет. Однако рано или поздно… И это была не единственная ловушка, в которую попалась Фэйли.

— О Хранительница Мудрости, мне больше нечего сказать тебе, — пробормотала она, не дождавшись ответа от Сомерин. Тот, у кого в голове еще оставалась способность соображать, не станет уходить от Хранительницы Мудрости просто так, не дождавшись разрешения. — Хранительница Мудрости Севанна не стесняется высказываться в нашем присутствии, но говорит она мало.

Великанша по-прежнему молчала, и после долгого ожидания Фэйли отважилась поднять глаза чуть выше. Сомерин как в столбняке воззрилась куда-то поверх ее головы; ее рот открылся в немом изумлении. Нахмурясь, Фэйли посмотрела назад, сделав вид, что поправляет корзинку на плече, но не заметила там ничего, что объяснило бы ей выражение лица Сомерин, — там был все тот же лагерь: темные низкие палатки Айил, а также палатки на шестах, и палатки домиком, и всевозможные виды палаток, большинство из них грязно-белого или бледно-коричневого оттенка, но встречались и зеленые, и синие, и красные, и даже полосатые. Шайдо при грабеже забирали все, что могло оказаться полезным, и никогда не пропускали ничего, что напоминало палатку.

Впрочем, у них действительно не хватало палаток для размещения всех людей, населяющих лагерь. Здесь собралось десять септов, что по оценкам Фэйли составляло более семидесяти тысяч Шайдо, и почти столько же гай'шайн. Повсюду она видела лишь обычную суету — одетых в темное айильцев, идущих по своим делам, среди пленников в белых балахонах, спешащих по чужим. Кузнец раздувал мехи своего горна перед входом в палатку, разложив инструменты на выдубленной бычьей шкуре; дети прутами гоняли стада мекающих коз; торговец выставил свой товар под навесом из желтой холстины — здесь было все, от золотых подсвечников и серебряных чаш до горшков и чайников, и все это было награблено. Высокий мужчина, держа лошадь в поводу, разговаривал с седовласой Хранительницей Мудрости по имени Масалин; по всей видимости, ему требовалось лекарство от какой-то хвори, приключившейся с животным, судя по тому как он показывал на живот своей подопечной. Здесь не было ничего, что могло заставить Сомерин раскрыть рот.

Но когда Фэйли уже собиралась повернуться обратно, она вдруг заметила темноволосую айилку, стоявшую к ней спиной. Не просто темноволосую — ее волосы были цвета воронова крыла, что являлось большой редкостью среди Айил. Даже со спины Фэйли узнала Аларис, еще одну Хранительницу Мудрости. В лагере было более четырехсот Хранительниц Мудрости, но она быстро научилась распознавать их по виду. Принять Хранительницу Мудрости за ткачиху или горшечницу было кратчайшим путем к порке.