Однажды мне предложили переехать к морю. Дом и работа прилагались. Но без подвоха не бывает, и я оказалась в доме на перекрестке трех миров. Теперь я работаю местной ведьмой и это и есть самый главный подвох. Подвох? Несите таких два...впрочем...Книга первая
Я держала в руках протокол МРТ-исследований. Содержание его было ужасно обтекаемо и непонятно. Впрочем, я и не врач, чтобы там что-то понимать. Но я понимала главное: меня беда стороной не обошла.
Вообще-то болезнь у нас передается по мужской линии: правда прадед дожил до семидесяти лет. Возраст немаленький, и причины смерти указали, самые что ни на есть естественные. Дед мой тоже прожил немало и покинул этот мир в возрасте пятидесяти пяти лет. Отцу моему не повезло: он и до сорока не дожил. По женской линии заболевание раньше не встречалось, хотя ходили слухи, что бабка моя к старости стала плохо двигаться, но дожила она почти до семидесяти и тут уж сложно было сказать, болезнь ли виной, или же просто старость. Все же все мои почтенные родственники жизни свои прожили не сказать, чтоб спокойные: и войны там были, и дуэли, и работали не покладая рук, кто целину поднимал, кто в Сибири заводы строил. Поэтому, когда я родилась, родители даже обрадовались, мол, хоть я в семье проживу жизнь нормальную. Сам отец, когда почувствовал, что теряет контроль над телом, отправился с друзьями на охоту, где вызвался помочь почистить ружье, да и вышиб себе мозги, пока руки еще могли держать оружие. Мама почти не плакала, сказала лишь, что всегда знала, что этим закончится, и что нельзя прострелить то, чего нет.
Тень болезни всегда витала над нашей семьей. Но все привыкли к ней, приспособились: женились, разводились, служили в армии и работали. Лишь детей старались родить пораньше, чтобы успеть поставить на ноги до того, как подкосит напасть, и перестанешь контролировать свое тело. Вот и мои родители поженились в восемнадцать. Когда мне исполнилось пятнадцать, отец поехал на эту охоту, ставшую для него последней.
Вначале болезнь никак себя не проявляла. Но я внимательно слушала свой организм, на что мама мне все время говорила, что я паникерша и накличу. И вот, похоже, накликала:
- Стрелкина! – Крикнула медсестра, распахнув дверь.
Я послушно вошла.
Невролог была приятной молодой женщиной с яркими губами и свежим маникюром с модным выделенным безымянным пальцем, где поблескивало тяжелое обручальное кольцо: широкое и с узором из разноцветных камешков.
- Нравится? – Улыбнулась она мне.
Я как завороженная кивнула.
- Так, что тут у нас. – Он раскрыла мою медицинскую карту и вчиталась. И чем дальше читала, тем сильнее мрачнело ее лицо.
Я сидела на краешке стула, положив на колени сумочку, которой прикрывалась как щитом. Впрочем, я знала, что сумочка меня не защитит от того, что я сейчас услышу.
- Скажите, а что вас вообще сподвигло идти делать МРТ? – Неожиданно спросила она меня, а медсестра навострила ушки. – Обследование не дешевое, стоит больше четырех тысяч рублей. Вас что-то беспокоит?
- В моем роду нередки случаи рассеянного склероза. – Осторожно заметила я. – Поэтому я скажем так, разумно опасаюсь.
- Понятно. – Врач кивнула своим мыслям. – Люблю пациентов, которые смолоду заботятся о своем здоровье. Значит, вы подозреваете у себя рассеянный склероз.
- Нет. – Я покачала головой. – Я бы не хотела ставить себе диагнозы и читать медицинскую энциклопедию вместо сентиментальных романов на ночь.
- Хорошо. – Врач вернулась к изучению документов и анализов. – И все же, что вас беспокоит?
- Руки дрожат. – Призналась я. – Бывает, что кружится голова.
- Милая, это не симптомы. Я вот иногда забываю названия лекарственных препаратов и диагнозы. И, слава богу. Разум наш мудр и умеет фильтровать ненужную информацию. И это совсем не значит, что у меня, например, шизофрения. Голова тоже может кружиться по тысяче причин. Хотя не буду вас обнадеживать. Судя по вашим анализам у вас, в самом деле, может быть склероз.
- Но может и не быть?
- Может и не быть. Ежедневно врачи по всему земному шару ставят тысячи ошибочных диагнозов. Однако же ваш мозг выглядит не совсем здоровым.
- Сколько у меня осталось времени?
- Как вы уже знаете, данное заболевание протекает сложно.
Врач сцепила руки в замок, и я уставилась на них, завороженная игрой кольца.
- Долгое время симптомов может не быть вовсе, или они могут быть настолько хаотичными, что связать их в единую картину очень сложно. Ко всему прочему нет какого-то надежного обследования, благодаря которому можно было бы поставить верный диагноз на ранних стадиях. И, как вы уже знаете, верного лекарства тоже до сих пор нет.
Я раздраженно поморщилась. Не надо мне пересказывать статью из «википедии». Я и так знаю, что все весьма плохо. И я бы надеялась на врачебную ошибку, если бы не печальная статистика в семье.
- Как вы смотрите на то, чтобы переехать? – Неожиданно спросила врач.
- Переехать? – Удивилась я. – А куда? Зачем?
- Кем вы сейчас работаете? – Ответила вопросом на вопрос врач. – В карте указано, что в ООО «Домовичок», но не совсем понятно, что именно вы там делаете.
- Тарелки продаю. – Растерянно ответила я. – И кружки всякие ручной работы в основном. Термосы еще из Кореи со всякими смешными котиками.
