У ближайшего киоска купили утренние газеты. Центральные не успели опубликовать новость. Но в Волгограде Жмырика ждали, и поэтому задержали утренний выпуск местных газет. Новость дали на первых полосах со ссылками на ИТАР-ТАСС и Интерфакс.
Ребята молчали, потрясенные. Интеллектуал едва унял дрожь в руках. А потом, плюнув, пошел в ближайший магазин и купил бутылку водки. Сорвал пробку и сделал огромный глоток из горла. Передал бутылку по кругу.
– Господа! Сегодня у нас день Победы! Мы выиграли войну, даже не начав ее. Теперь, уверен, никто не усомнится, когда мы будем говорить: «С нами Бог!».
Разворачиваемся!
Машины развернулись и помчались к Москве.
Сентябрь в этом году выдался сухим и солнечным. Он был продолжением засушливого жаркого лета. Интеллектуал знал, что после такого лета зима будет просто свирепой. Но пока погода была чудная. В некотором смысле даже лучше летней. Ибо многие с трудом переносили жару, считая ее «изнуряющей». А сейчас погода была свежей, ясной и ровно теплой.
И в этот «почти июльский» сентябрь вакханалия языческих праздненств, после затишья в конце августа, вспыхнула с новой силой. Для внешнего наблюдателя было странным лицезреть какую-то сверхчеловеческую активность и вулканическое веселье всей команды Интеллектуала. Но они праздновали свой День Победы и свое новое рождение. Фактически так оно и было. Только теперь они осознали, что сто раз заживо хоронили себя, но не сворачивали с намеченного пути. И Боги отметили их решимость. Им была дарована вторая жизнь!
Было и еще одно обстоятельство. Любому, более или менее внимательному человеку при общении с ними становилось ясно, что этих людей связывает некая незримая общность. Печать посвященности, избранности, кастовости лежала на них.
Это притягивало. В том числе тех, кто после гибели Баркаша и Жмырика лихорадочно пытался запустить новый проект с теми же целями и задачами. Ребят элементарно пытались купить за мелкий прайс. Однако и они, и те, кто сформировал второй эшелон соратников, не сговариваясь, вели себя однотипно. Давали некие авансы. Соглашались начинать партстроительство. Но потом, едва получив трибуну, обрушивались с разгромной критикой самой партийной или организационной идеи.
«Кто в партии – тот против нас!»
«Кто в организации – тот против нас!»
«Кто в политике – тот против нас!»
– Но что же вам нужно, – вопрошали незваные кураторы?!
– Нам? Нам ничего не нужно! Вроде бы что-то нужно было вам? Но, наверное, мы не поняли друг друга.
И продолжались праздники. Весьма симптоматично, что деньги для них теперь находились экспромтом, «в рабочем порядке». Интеллектуал в финансовом обеспечении праздников и прочих акциях не участвовал. Он ушел глубоко в тень.
На первый план в эти дни выступил Кондор. Он, как никто другой, остро осознавал свое второе рождение. Его природная энергия была усилена стократ, и он наверстывал упущенное за июль и август. Тем более, на остаток денег на полгода сняли весьма приличную трехкомнатную квартиру на его имя. Где он развернул кипучую штабную деятельность.
Наконец-то он был шефом собственного проекта, в собственном штабе, с многочисленной массой поклонников. Великим наместником некоего таинственного, далекого и могущественного!
Поначалу наверху не заметили угрозы. В самом деле, Баркаш был многократно отработанным материалом. Просто удивительно, что его так долго не выкидывали. Жалко было, как чемодан без ручки. Хотя этот чемодан был к тому же порван во многих местах. Со Жмыриком было сложнее.
Он действительно был нужен. Но, в то же время, от него в перспективехотели планомерно и постепенно избавляться. Но, в конце концов, мало, что ли, продажных холуев в патриотической политтусовке?
И холуев действительно было много, но не настолько, чтобы создать нечто дееспособное и провокационное только из них. Нужна была массовка. Хоть небольшая. А массовки не было. Вообще.
Зато ширилось нечто неуловимое, ускользающее. Появлялись новые интеллектуальные кумиры, новая этика, новая мифология, новая символика. И все это никак не контролировалось.
Между тем, подорожание услуг ЖКХ в два с половиной раза вызвало определенный ропот даже у тупого и покорного быдла. Аномальная летняя засуха гарантировала резкое подорожание хлеба из зерна небогатого урожая текущего года. Прогнозы обещали холодную зиму. А это значит, что даже подорожавшее ЖКХ оставит массу людей без тепла и света. И, наконец, весьма вероятной была победа демократов в США. А это значит падение цен на нефть. Ибо ставленник нефтяных компаний Буш-младший только имитировал борьбу за дешевую нефть. Новый президент-демократ стал бы делать это не понарошку.
Но тогда конец бюджету, конец рублю! Конец халявной стабилизации в России!
В этой-то ситуации не иметь прикормленного козла-провокатора во главе стада баранов было опасно. Тем более, по лесам уже горели огоньками глаза невидимых и неуловимых волков. Языческих оборотней.
