Я насторожился. Эта фраза мне очень не понравилась.
- Значит, Таргил-Предстоящий, даже ты не знаешь, что будет потом...
Это был не вопрос, а почти утверждение. Почти.
- Не знаю. Но предполагаю.
- Это уже кое-что. И что же ты предполагаешь, Хранитель Тайного знания?
Некоторое время Таргил не отвечал. Потом заговорил, и глух был его голос, глух и невесел.
- Многие годы Дом копил в себе человеческую веру в сверх естественное, а, значит, и само сверх естественное. Когда крыша Дома рухнет - сверх естественное вернется в мир. Или в миры. И все они изменятся. Изменится история, изменятся люди... В небе полетят ангелы и баньши, в лесах об явятся нимфы и оборотни, призраки заселят брошенные замки, и боги будут смеяться, когда маг вознамерится повелевать драконом... И это станет совсем другой мир, где легенда обернется реальностью, и о ней сложат песни...
- Но ведь все это и так реальность! - запальчиво перебил его Гро. Люди и сейчас верят в оборотней и демонов, потому что они есть!..
- Не суетись, мальчик, - пробормотал Махиша. - Это еще большой вопрос: существует ли сверх естественное потому, что в него верят, или в него верят, потому что оно существует. Этого не знает никто, даже мы, Предстоятели. Даже ты, Таргил, Хранитель Тайного знания - ведом ли тебе ответ?
Таргил только молча пожал плечами.
- Вот видишь, - подвел черту Махиша. - Но дело не в этом. Сейчас Дом жадно всасывает все сверх естественное в себя. Снаружи Дома оно осталось лишь в сказках и легендах, в мыслях людей - да и там его становится все меньше, потому что Дом ест, ест и ест, ничего не отдавая взамен. Тут Таргил совершенно прав...
Передо мной почему-то возникло сосредоточенное лицо жадно жующего Трайгрина, пускающего сальные слюни на кладбищенскую плиту - и меня передернуло.
- ...Так вот, с уничтожением Дома все, накопленное Им, освободится и будет существовать независимо от Дома, от нас или от других людей; независимо от того, верят в него или нет...
- Вот только стоит ли ради этого разрушать Дом?.. - с сомнением протянула Варна, и все взгляды обратились к ней.
- Вы можете себе представить этот будущий мир? Попробуйте!..
И мы попробовали. По крайней мере, я.
И ужаснулся.
Ожившие мертвецы и бесполые ангелы, безумные герои и бессмертные полубоги, грозные демоны и полоумные маги - нет, все они мне совсем не нравились.
Но потом я открыл глаза и припомнил капрала Зархи и пьяных панцирников в Фольнарке, заколотую Клейрис и растерзанного толпой воришку, озверевшего мясника и жующего Трайгрина, Грольна над Косматым Тэрчем, Эйнара Безумного и себя самого во многих ипостасях...
Неужели мы имеем большее право на существование?! Кровь и слезы останутся в любом случае, а оборотень ничуть не ужаснее сытого лавочника, и ярость воина порождает не больше горя, чем обыденное зверство толпы... Уж лучше великие битвы, о которых потом сложат песни, чем пьяная поножовщина и скабрезные анекдоты в кабаках - потому что в первом случае остаются хотя бы песни, и глаза мальчишек горят шалым огнем, не замечая грязи на заплеванном полу... а плевать на пол будут так или иначе...
- Мы должны сделать это, - неожиданно для себя самого произнес я, и слова зависли в сгустившейся тишине, покачиваясь и растворяясь в нас.
"Ну вот, Сарт, снова лезешь в вершители судеб мира. Или даже миров... Не надоело?"
Надоело. Ну и что?
- Да, - кивнул Махиша.
- Да, - эхом отозвалась Лайна.
- Да, - шепнул Трайгрин.
- Да, - прогудел Эйнар.
- Да, - звонко и твердо произнес Грольн.
- Да, - устало бросил Таргил.
- Ну... да! Да! Да!.. - истерически выкрикнула Варна.
Решение было принято.
37
...Я сомневался, впустит ли нас теперь Дом, но едва мы ступили за порог, как сомнения отпали сами собой. В Доме играла музыка, и бархатные ковры сами раскатывались нам под ноги, повсюду горели цветные ароматические свечи в золоченых канделябрах, воздух был напоен их благоуханием, сливавшимся с ароматами изысканных вин, алыми и янтарными струями бивших из мраморных фонтанов по краям лестницы, по которой мы поднимались.
Даже мысли мои текли ленивыми и длинными нитями, пропитавшись окружающей роскошью.
Я не удержался и поспешно сделал несколько глотков из одной чаши, увитой каменным плющом. "Королевская лоза"! Розовое десертное... И вот эту сказку мы должны уничтожить?!.
Я глянул на своих спутников, невольно задержав взгляд на Лайне. Мерещится мне, что ли? Или... или действительно к ней стала возвращаться прежняя грация движений, и морщин на лице стало меньше? Неужели Дом в состоянии вернуть ей утраченное, вернуть молодость и красоту?!
