Не знаю, смогли ли мои слова внести уверенность в тех двоих или же они просто побоялись со мной спорить, в сущности это было и не важно. Даже если они не послушают меня, то свои урчащие животы им послушать все равно придется. Мои запасы закончились еще вчера утром и с того времени мы не съели ни крошки. Даже я, человек, которому не привыкать подолгу обходиться без еды и воды и то начал ощущать подступающие чувство голода. Конечно, они боятся этой рискованной операций, они ведь простые воришки, а не военные, да и на Марка вновь работать они не хотят, но даже их скудоумному уму, должно быть ясно, что это все необходимо для их собственного выживания, а это для них куда важнее всех страхов.
«Если только черт не более ловкий вор, чем Заратустра! – Он украдет их обоих, он сожрет их обоих! Голод нападает на меня, как разбойник, в лесах и болотах нападает на меня голод мой и в глубокую ночь» – вспоминал я старую фразу из детства, пока разводил огонь в камине, дабы немного согреться – «Теперь я, кажется, начинаю понимать весь смысл этой фразы. Голод и вправду можно назвать одним из самых злейших врагов человека. Ибо он достанет его везде, где бы он от него не прятался»
В конечном итоге после пары попыток мне удалось развести огонь и мрачная холодная гостиная, осветилась ярким светом, и я придвинул диван поближе к камину.
Огонь красиво плясал в камине, завораживая и согревая своим танцем. Я долгое время, наблюдал за ним, нащупывая свои часы в кармане. Столько мыслей сейчас вертелось у меня в голове, столько воспоминаний, сожалений и надежд. Все они беспорядочно посещали и покидали мои разум, но лишь один вопрос оставался у меня в голове постоянно, один вопрос на который постоянно беспокоит меня, но я никак не могу найти однозначного ответа. И сколько бы я о нем не думал и кого бы его не спрашивал, это никак не приближает меня к ответу. И вот я смотрел на этот красивый огонь, объятый его теплом и светом, и вновь размышлял о нем.
«Предопределённа ли наша судьба? Можем ли мы ее изменить?» – задавал я себе этот вопрос, уже много лет, и с каждым новым раздумьем, я получал совершенно разные ответы. Это неопределенность всегда пугала меня, но одновременно с этим и придавала мне сил, ибо знал, что скоро придет время когда, я отвечу на этот вопрос.
Я снова вытащил часы из своего кармана и стал с печалью смотреть на его потрескавшийся циферблат.
«Совсем скоро, я смогу ответить на любой вопрос этого мира» – думал я про себя, пока тепло от огня окончательно не разморило меня, и я не уснул.
Проснулся я уже поздним вечером, когда огонь уже давно погас и малая гостиная, снова стала мрачной и холодной, лишь слабый свет, исходящий за дверью в большой гостиной, хоть немного освещал эту комнату. Судя по голосам Кирилла и Мефодия, звучащих из двери, они уже не спали.
«Нам пора выдвигаться» – сказал я про себя, убирая часы обратно в карман. После чего встал с дивана и вышел в большую гостиную.
Кирилл и Мефодий сидели на диване перед камином и с довольным видом хлестали бутылку водки.
– Что это вы делаете? – с недовольством спросил я.
– Набираемся отваги – сказал Кирилл, с веселой улыбкой, передавая бутылку своему другу.
– Если уж мы идем подыхать, то хотя бы умирать будем пьяными и счастливыми – сказал Мефодий, отхлебнув из бутылки.
– Хотите, можем и вам дать? – спросил Кирилл, протягивая мне бутылку.
Вместо ответа я молча выхватил у них бутылку, и со всей дури разбил ее об стену.
– Эй?! – возмутился Кирилл.
– От успеха этой операций может зависеть наша жизнь и не хватало еще, чтобы вы сейчас нажрались до свинячьего состояния – отчитал я их – Где вы ее вообще взяли, у нас же все запасы давно закончились?
– У Головы была тут своя заначка, на всякий случай – рассказал Мефодий.
– Уж лучше бы он буханку хлеба припрятал – осуждающе сказал я, но затем понял, что продолжать разговор на эту тему все равно бессмысленно – Ладно собирайтесь нам пора выходить.
Мы собрали нужные нам вещи, Кирилл и Мефодий одели на себя белые камуфляжные накидки, что выдал нам Марк, и скрытые под ночным пасмурным небом, вышли в город.
Мы старались двигаться как можно тише и незаметнее, дабы не привлечь внимание случайных прохожих, у которых могли возникнуть неудобные вопросы, увидев, как Кирилл и Мефодий, идут в военных накидках посреди ночи. Но к счастью в такое позднее время людей на улицах практически никого не было, да и как я уже говорил, мои подопечные умели, выбирать самые неприметные, темные закоулки. Благодаря чему мы без проблем добрались до дороги на Третиковской улице.
