Даже в этой темени, я видел, как их зрачки расширились от страха, с каким ужасом они смотрели на меня, прямо как тогда, когда я убил их бывшего главаря. Но только если тогда в их взгляде был лишь обыденный страх перед жестоким человеком, то теперь этот страх был абсолютно другим, он был первобытным, как у пещерных людей, которые впервые сталкивались со страшной стихией, которую, они не могли ни понять и ни обуздать. Они смотрели на меня как нечто странное, могущественное и неведомое, и от того безумно опасное. Но помимо страха в их взгляде было еще и искреннее восхищение, так как теперь они воочию увидели мою силу. И благодаря этому в дальнейшем, они больше ни разу не смели сомневаться в моих словах или действиях.
– Это…это… было невероятно! – еле выдавил из себя Мефодий, его просто распирало от потрясения – Я уже думал мы трупы, я правда думал что мы мертвы, но вы спасли нас!
– Как вам это удалось?! – с восхищенным любопытством спросил Кирилл – Я даже не успел, понять что произошло.
– Сейчас это не важно, главное, что теперь весь груз наш – говорил я, с серьезным тоном – Нужно найти машину, на которой они приехали, скорее всего, они спрятали ее где-то неподалеку. Когда ее найдете, перетащите в машину столько оружия и патронов, сколько только сможет в нее вместиться. А сам грузовик отвезите подальше в глубину леса и спрячьте.
– Но зачем нам избавляться от грузовика? – заинтересованно спросил Кирилл.
– Потому что его будут искать, нельзя ехать на нем к дому – ответил я – А также закопайте всю эту труху, будет не очень хорошо, если военные на них наткнуться.
– Но прежде чем преступить, можно задать один вопрос? – спросил Мефодий.
– Задавай, только быстро – в нетерпений проговорил я.
– А что вы теперь сделаете с Марком Сидоровским? – с ехидной ухмылкой спросил он.
Об одной мысли о нем, я краем глаза взглянул кроваво-золотое лезвие свое меча и со злорадной улыбкой произнес:
– Пожалуй, я наведаюсь к нему, этим утром.
Тихийск, улица Октябрьская, дом №5.
22 октября 1941 года.
07:30
Быстро поднявшись с кровати и позавтракав на скорую руку, мы вместе с Александрой отправилась на собеседование в больницу.
– Так с чего это ты вдруг решилась устроиться к нам на работу. Я думала, вы с твоими товарищами заняты другим делом? – спросила она, по дороге.
– Они прекрасно справятся и без меня, а я буду намного полезнее здесь – сказала я.
– Не могу не согласиться, нам сейчас любая помощь не повредит – сказала Александра – Нам и так приходиться буквально разрываться, чтобы помочь всем.
– Да уж, вам не позавидуешь – удрученно сказала я.
По пути я призналась ей в том, что разговаривала главврачом и неслабо с ней повздорила, на что она усмехнулась.
– Не волнуйся, у нас все знают, что у Валентины вздорный характер, ей только дай с кем-нибудь поругаться из-за несоблюдения правил. Но у нее есть одна особенность: у нее просто безупречная память, когда дело касается писем, правил, таблиц и всего что связано с документацией, но когда дело касается людей, то она может легко забыть, с кем виделась еще вчера. Это уже не говоря об именах и фамилиях, если конечно они перед этим не были записаны в каком-нибудь документе. Даже меня она до сих пор не всегда узнает, хотя я работаю здесь уже несколько месяцев. Отчасти я ее могу даже понять, учитывая со сколькими людьми ей приходиться встречаться за день, можно начать забывать имена даже собственных сотрудников. В любом случае не волнуйся, даже если ты разок с ней вчера поругалась, то к сегодняшнему дню она об этом, скорее всего, напрочь забудет.
Это новость меня обрадовала, потому что мне совсем не хотелось снова ругаться с ней.
Когда мы пришли, Александра проводила меня до кабинета главврача, после чего она ушла, так как ей нужно было приступать к работе.
– Не волнуйся Лера, все будет хорошо – обнадеживающе сказала она, и сразу же побежала в сторону раздевалки.
Теперь я осталась одна напротив входной двери.
«Ну что же с богом» – сказала я, вздохнув полной грудью, и вошла в кабинет.
Валентина Васильевна сидела за письменным столом, уткнувшись в какой-то документ. Она была так занята, что даже не подняла на меня взгляда.
– Так ты значит новенькая? – спросила она, продолжая разглядывать документ – Присаживайся, я уже заканчиваю.
Я тихонько подошла к столу и села за ближайший стул, спустя довольно продолжительное время, она откинула документ и, достав чистый лист начала что-то на нем писать. И пока она была занята, я решила воспользоваться моментом и осмотреть кабинет.
