«Да уж за последние дни, я испытала столько приливов адреналина, сколько не испытывала за последние лет восемь, и мне это начинает нравиться» – довольно сказала я про себя: – «Ну а то, что я потеряла работу, то ничего страшного. Честно говоря, за эту неделю с лишним, я усвоила, что работать медсестрой, это все-таки не мое. Я, конечно, хочу помогать людям, но…не таким образом»
А вот Робин, в отличие от меня, пребывал в весьма удрученном состоянии, и всю дорогу ходил с угрюмой миной.
– Он, похоже, всерьез расстроился из-за расставания с Валентиной – подумала я – Бедняга, она, конечно, та еще бестия, но, похоже, она ему и вправду понравилась. Жалко, что все так вышло, и что самое худшее, виновата в этом я.
– Робин – неловко обратилась я к нему, он окинул меня задумчивым взором – Прости, что так вышло с Валентиной, я не хотела, чтобы из-за меня вы поссорились.
– Ничего страшного – отмахнулся Робин – Я прекрасно понимал, что наши отношения долго не продлятся. Но все же надеялся, что нам удастся расстаться на приятной ноте. Не хорошо все-таки, вот так расставаться.
– Если для тебя это так важно, может тебе стоит поговорить с ней, когда она остынет – предложила я.
– Не знаю, а что мне ей сказать? – удрученно спросил Робин.
– Ну, свали все на меня, скажи, что я тебя заставила. И что, несмотря на все ты действительно любишь ее, и не желал ей зла.
– Такая себе идея» – сказал Робин, но все же эта мысль заставила его немного оживиться – Думаешь, мне стоит поговорить к ней?
– Конечно, когда я была в отношениях, то уже через пару часов после ссоры, думала только о том, когда мой парень придет ко мне с извинениями, дабы я его великодушно простила. Хотя обычно я была виновата, но это неважно – рассказывала я – Просто приди к ней завтра, думаю, она уже тогда успокоиться. Попробуй поговорить с ней, объясни ей все, ведь ты от этого ничего не теряешь.
– Ты права, что же может я и попробую – воодушевленно заявил он, а потом задумчиво добавил – Надеюсь, только что из-за меня у нее не будет проблем с мужем.
– Она что замужем?! – спросила я. Меня это удивило, так как никто из моих коллег не рассказывал мне об этом.
– Да, но она предпочитает об этом особенно не распространяться. У них, мягко говоря, не очень хорошие отношения – ответил Робин, после чего задал мне вопрос – Валерия, а ведь ты так и не рассказала, почему тебя выгнали из медицинского института?
– Это не очень приятная история – смущенно сказала я.
– Но все же? – настаивал он.
Я удрученно вздохнула:
– Ну ладно, меня выгнали из института, из-за одного нашего преподавателя. Дело в том, что как учитель он был ничего, но вот только у него была неуёмная любовь заигрывать со студентками.
– O my god! – осуждающе воскликнул Робин – Это совершенно неприемлемо.
– Причем он это делал открыто и крайне настойчиво. Чуть ли не шантажируя завалом на экзаменах, если девушки начинают ему сопротивляться – продолжала рассказывать я – И все об этом знали, но никто ни смел рассказывать.
– Но почему?! – возмещено спросил он.
– Потому что преподаватель был братом декана и лучшим другом ректора института, и он вовсю пользовался своим положением. Так как они всегда прикрывали его, игнорируя любые жалобы на него.
– Какая мерзость – с отвращением прокомментировал он – И что же случилось?
– В какой-то момент настала моя очередь терпеть его ухаживания – сказала я – Это случилось на третьем курсе, когда мы только перешли в углубленное изучение профильных предметов. И я стала показывать неплохие результаты, чем видимо и привлекла его внимания. Тогда он стал уделять мне куда больше времени, чем остальным. Он стал часто подходить ко мне, задерживать после урока, «для консультаций», подстерегал меня в учебных коридорах, чтобы напомнить мне о домашнем заданий и при любом удобном случае, пытался остаться со мной наедине. И уже зная о его репутаций, я начала опасаться того, чем это может закончиться. Поначалу я вежливо отказывалась, потом старалась его игнорировать, надеясь, что ему по итогу это надоест, но он становился только настойчивее. Он начал натурально преследовать меня, делая недвусмысленные намеки на то чтобы «отработать», те хорошие оценки, что он мне ставил. И при каждом разговоре он старался подойти ко мне как можно ближе, и постоянно меня трогал.
– А вы говорили об этом другим учителям? – спросил Робин.
– Говорила, они конечно искреннее сочувствовали мне. Но при этом боялись что-либо сделать, так как тех учителей, что пытались высказать против него, сразу увольняли и никто не хотел потерять своего места.
– Безумие какое-то! – в шоке прокомментировал Робин.
– Не то слово. Но хуже всего стало, когда во время практики он загнал меня одну в операционную пока все остальные ушли на обед. Вот тогда он и показал мне свое истинное лицо. Он закинул меня на стол, и начал меня раздевать, угрожая, что если я не сделаю все, что он скажет, то он добьётся моего отчисления.
– И что же вы сделали? – с волнением спросил он.
