Михаил посмотрел в ночное окно, мысленно повторяя свой недавний бег, по пустынным улицам. Где-то там во тьме бушевали, потки энергии мира и ему выпала возможность чувствовать их. Причины, почему ему все это доступно Михаила не так волновало, возможно, что даже наследственное, главное, что он мог использовать энергию для достижения своей цели. А цель Михаил поставил себе грандиозную. Прибежав, домой равно в полночь, Михаил, находясь в возбужденном состоянии от невероятных событий, дал себе слово, что обязательно вернется к маме и Ирине. Но больше всего он хотел знать, что случилось там с ним. Куда мог подеваться пятнадцатилетний подросток, которого никто после железнодорожной катастрофы не видел? И что это за намеки матери, когда она говорила, что отца не было на поезде ним? Михаил чувствовал какую-то тайну за всем этим и страстно желал в ней разобраться. А для этого нужно было сначала выяснить и понять, как работают Ладони Бога…
Михаил, поймав себя, что отвлекся, помотал головой, отгоняя посторонние мысли, затем встал и направился на кухню готовить какао. На обратном пути, неся кружку с обжигающим напитком, задвинул на окнах шторы. Вернувшись на кресло, сосредоточился на экране монитора, где составлял схему движения энергии по итогам своих опытов. Михаила интересовало, прежде всего, направление движение энергии от Ладони Бога возле опоры высоковольтной линии электропередачи. Предположение что движение было направлено в стороны поляны – другой Ладони Бога, не оправдались. Лесополоса, где рассеялась энергия, располагалась в направление юго-восток, от опоры, так как поляна смотрела строго на Восток.
«Должно же их что-то связывать… – Михаил уменьшил масштаб, чтобы изображение на экране монитора охватывало большую территорию. Переводя взгляд от одной Ладони Бога к другой, произнес вслух: – А может чего-то не хватает? Чего-то я упускаю? Ведь не могла же энергия просто так исчезнуть, это же противоречит закону ее сохранения… – Михаил, в раздумье, барабаня пальцами по столу, посмотрел на свой рюкзак. – А что про это есть в монографии?
Таскал он с собой эту монографию постоянно, черпая из нее словно из справочника информацию об энергии. Хоть и не все было понятно, Михаил постоянно находил в монографии ценную информацию. Вынув из рюкзака, положил перед собой стопку распечатанных листов, Михаил, перелистал их, пока не наткнулся на заголовок:
Михаил перевел взгляд на карту на экране монитора, ища глазами область между Ладонями Бога. – И что это значит? Что за территория такая? – Он вновь побарабанил пальцами по столу. – Допустим, что это так! – Михаил еще уменьшил масштаб, и мысленно провел две прямые с началом от Ладоней Бога, соединил их концы в одной точке. – Но… это же значит, что должна быть еще одна Ладонь Бога! – Пораженный этой мыслью воскликнул он.
Отправив изображение на печать, Михаил с нетерпением дождался, когда принтер выплюнет два листочка, затем торопливо склеил их. Теперь у него была готовая карта. Нанес на ней две ключевые точки – Ладони Бога, Михаил, отмерив между ними расстояние, дорисовал линии. В результате у него получился равнобедренный треугольник. Передвинув на экране изображение и увеличив его, Михаил отметил на карте третью точку. Максимальное увеличение не давало четкого изображения, Михаилу удалось разглядеть только какое-то высокое сооружение и его тень, состоящую из двух цилиндров стоящих друг на друге. Больше всего это напоминало водонапорную башню. Решив, что пока это не столь важно Михаил, проведя нехитрые манипуляции с линейкой, определил центр этого гигантского треугольника. Центральной точкой оказалось пересечение двух линий расположенных на сужающемся конце небольшого лесного массива. На карте было не понятно, что это за линии, но, судя по тому, что вся эта территория располагалась на огромном пустыре, стиснутым между еще двумя узкими лесными массивами можно было предположить, что это проселочное дороги. Михаилу пришло в голову, что словно кто-то специально поместил это пересечение туда, скрыв его, таким образом, от посторонних глаз.