Пока Хэй прикидывал, как поступить, «черный» издал странный клокочущий звук. Это отвлекло от размышлений. Руки врага внезапным образом удлинились, трансформируясь в длинные плоские лезвия.
Хэй почувствовал, как его брови помимо его воли поползли на лоб. Такого он еще не видел. Скафандр-трансформер — о таком ему даже Мардук не рассказывал, а уж он-то об оружии знал очень много.
«Черный» ринулся в атаку, заставив Хэя шустро парировать сыплющиеся с невероятной силой и скоростью удары. Пока парень справлялся, но не имел твердой уверенности, что его реакция будет слишком долго его выручать.
Выставив меч, больше полагаясь на удачу, чем на умения, Хэй сумел-таки заклинить крест-накрест легкие лезвия врага. На некоторое время установилась патовая ситуация, которую, однако, легко могла нарушить более сильная сторона. Противник давил — Хэй сопротивлялся и все яснее понимал, что стоит только уступить этому натиску и его голова окажется между этими своеобразными ножницами. Допускать подобное он не собирался.
В эти мгновения Хэй в очередной раз за эту схватку с благодарностью подумал о своем старике-учителе. Его тело, буквально заново вылепленное многочисленными тренировками, обладало силой, значительно превышавшей возможности обычного человека. Этим он и воспользовался.
Нажав на противника и заставив того отступить на шаг, Хэй разорвал моментально дистанцию, вырывая свой меч из захвата клинков. «Черный», продолжавший со всей силы давить, провалился вперед. И его тело встретил удар снизу. Лезвие меча проткнуло плоть насквозь и вышло из спины.
Из раны хлынуло нечто черное, какая-то жидкость, на человеческую кровь совсем не похожая. Боец на мгновение обмяк. А затем сделал шаг вперед, еще сильнее насаживаясь на острие меча. Его клинки были готовы пронзить Хэя, как булавки насекомое.
Это был конец.
Хэй провернул оружие в ране, обратив его плоскостью параллельно земле, а затем рванул лезвие вбок, рассекая плоть, и разрезал тело противника. Освободив меч, нанес еще один рубящий удар, отсекая голову. «Черный», находящийся, видимо, в состоянии болевого шока, даже не попытался уклониться.
Обезглавленное тело рухнуло на колени и стало заваливаться набок, заливая песок вокруг себя черной нечеловеческой кровью. Ошарашенный Хэй, с трудом переводя дыхание, стоял над поверженным противником, все еще изо всех сил сжимая рукоять черного меча.
Юноша продолжал смотреть на труп, лежавший у ног. Еще утром он не мог бы себе представить, что придется сегодня вступить в схватку не на жизнь, а на смерть, и что выйдет из нее победителем. Впрочем, следовало разобраться, что дальше. Оставаться здесь смысла Хэй не видел: дружки этого странного «рыцаря» могли нагрянуть сюда в любой момент, чтобы проверить, в каком состоянии пребывает оставленный в засаде товарищ.
Надо было срочно уходить из оазиса. Тем более что и Мардук говорил об этом.
Мардук!
Хэй вздрогнул. Надо срочно проверить, жив ли еще старик — пусть уже и не верил в такое, но ложная надежда все никак не хотела покидать сердце. Хотя вряд ли его удастся спасти, но он вполне мог что-то еще посоветовать перед смертью.
Несколько цинично, но Хэй не отказался бы от еще одного совета умирающего наставника, особенно если тот мог спасти жизнь еще раз.
К глубокому сожалению, Мардук к моменту его возвращения был мертв и уже порядком охладел. Он и так знал, что старик отдал последние силы в тот момент, когда крикнул, предупреждая, но тешил себя пустыми сомнениями — просто не мог иначе, ведь тот стал за него за эти годы кем-то практически родным, единственным в этом мире.
Больше ничего не держало Хэя здесь. Оставалось только сделать последнее…
Всю ночь без перерыва он занимался захоронением тел. Жутко устал, вымотанный еще и нервным поединком с неведомым врагом, хотел пить и спать. Закончил только с рассветом.
Хоронить противника не пришлось. Его тело поразительным образом медленно испарилось, издавая неприятное уху шипение и бульканье. Хэй приспособил его ножны себе за спину — меч был слишком длинным, чтобы таскать на поясе, — и теперь из-за правого плеча у него торчала мрачная рукоять.
Из оружейной комнаты Хэй взять себе не сумел ничего. При первом осмотре он не обнаружил, что дверь была вскрыта и все оружие исчезло. Не осталось ни единого патрона, ни даже ножа.
Так что теперь единственным оружием Хэя остался лишь полученный в бою трофей.
Наполнив водой поясную флягу и взяв с собой в дорогу еды — благо пища на кухне осталась нетронутой, — Хэй еще раз остановился перед тем, как окончательно покинуть дом, ставший ему столь привычным за эти три года. Грустным взглядом осмотрел захоронение, которое только что завершил своими руками.
Двадцать три могилы.
Он перевел взгляд на то место, где прежде лежал повергнутый противник. Песок там почернел от крови этого существа — Хэй больше не был уверен, что «черный» был человеком, скорее согласился бы с противным. От самого врага не осталось ни следа. Его доспех растворился вместе с обладателем.
Все, пора в путь!
