— Кира, я прошу прощения, — буднично сказал он. — Ты не давала мне прицелиться. Я вычислил, что если ругнусь на тебя, ты отпрянешь на достаточное расстояние, чтобы я смог его прикончить.
Кира в замешательстве пялилась на него, часто-часто моргая. Затем перевела взгляд на лежащего на полу брата, после чего покрутила головой, стараясь как можно полнее осмотреться. Всё было спокойно.
Неужели — всё? После всего, что они пережили — неужели всё закончилось? Это произошло так быстро. Действия Метцгера были столь решительными, он поставил твёрдую точку. Огромное психологическое давление, которое сокрушало её так долго, внезапно исчезло; ощущение было сюрреалистичным, дезориентирующим. Кира сделала глубокий вдох и позволила реальности проникнуть в самую глубину сознания: её беспредельный кошмар действительно подошёл к концу. Конец ему положило злобное ругательство и один-единственный выстрел, произведённый со сверхъестественной точностью. В глазах Киры показались слезинки, которые тут же побежали по щекам.
Майор повернулся к Дэшу.
— Дэвид, хоть я сейчас и безжалостнее, чем раньше, я чувствую себя иначе, чем Гриффин или ты. Дело не в тестостероне. Думаю, в моей трансформации я сохраняю в себе б
Кира Миллер внимательным жёстким взглядом посмотрела на лежащее на полу тело, а затем твёрдо отвернулась, словно намереваясь раз и навсегда закрыть для себя эту книгу. Она повернулась к Метцгеру, решительно помотала головой, и лишь глаза выдавали её боль.
— Это не мой брат, — горько произнесла она, вытирая слёзы тыльной стороной ладони. — Мой брат погиб при пожаре в прошлом году.
Земля всё ещё дымилась от побоища. Снаружи стояла сверхъестественная тишина, словно даже птицы и насекомые умолкли от ужаса той кровавой бойни, которую им пришлось увидеть.
— Дэвид, нужно отдать тебе должное, — благодарно сказала Кира. — Ты определённо полон сюрпризов.
— Прости, что не сказал, — виновато ответил Дэш.
— Не стоит. Я понимаю, почему ты решил действовать именно так — и твой план был безупречен, — сказала она и обратила взгляд на Коннелли и Метцгера. — Джентльмены, я не знаю, как вас отблагодарить.
Полковник тепло улыбнулся.
— Не стоит благодарности, Кира. В конце концов, мы же теперь одна команда.
— И, судя по событиям последних суток, — заметил Дэш, — команда совершенно непобедимая. Лучшей тебе и пожелать нельзя.
— С этим трудно не согласиться, — бодро сказал Коннелли. И, обращаясь к Дэшу, добавил: — Но ключевым было то, что твоё "второе я" во всём разобралось заранее.
Пока Метцгер освобождал пленников и отрывал кусок с рубашки Алана, чтобы обмотать проткнутую канцелярским ножом руку Киры, Дэш пытался осознать все масштабы произошедшего.
Полковник был прав — в основном. Улучшенный разум Дэша
Но, как ни парадоксально, даже осознав природу своих чувств к Кире,
Дэш хотел бы, чтобы этот миг длился вечность. Ни к одной женщине он ни разу в жизни не испытывал ничего подобного. И никогда ещё он не чувствовал такого облегчения. Или триумфа. Или надежды.
Череда событий захватила их, понесла вперёд со скоростью, от которой захватывало дух; они были настолько поглощены битвой за жизнь и попытками докопаться до истины, что в таком состоянии им стало казаться: это никогда не кончится — или, если закончится, то только неминуемой их гибелью. Но их команда сумела проложить путь к победе, и на этом пути заполучить себе будущее. Будущее, в котором открытия Киры смогут быть укрощены во благо человечества, а не стать инструментом в руках психопата, который позволил бы ему стать самым влиятельным и опасным человеком в истории.
Дэш мог только догадываться, какую эйфорию должна испытывать Кира сейчас, когда её долгие мытарства подошли к концу. Она противостояла этим таинственным и мощным силам неизмеримо дольше, чем Дэш — и притом в одиночку.
Он заставил себя вырваться из мира грёз. Сейчас Дэш стоял рядом со стальной каталкой, к которой был привязан несколько минут назад, а Метцгер только-только закончил перевязывать руку Киры.
— Мэтт в порядке? — спросил Дэш.
