Перепаянный полностью

— Жаль тебя разочаровывать, — снисходительно выпалила Кира, — но этот твой план не даст тебе того, что ты хочешь. Ты что, не слушал, когда в последний раз пытался заставить меня выдать секрет продления жизни? Я отчаянно стремилась спасти жизнь брата, помнишь? Но я не могла добраться до воспоминания о координатах закопанной флешки. Дело не в том, что я не хотела. Я не могла. До тебя доходит или нет? Улучшенная я устроила всё так, чтобы никто и ничто никогда не смогло принудить меня раскрыть эту тайну. Никакими угрозами — ни мне, ни моему брату, ни всей Вселенной, если на то пошло. Накачай меня сывороткой правды по самые гланды, и я повторю тебе это ещё раз: чем страшнее угрозы и сильнее принуждение, тем невозможнее становится добраться до информации.

Сэм пристально посмотрел на неё.

— Нет, моя дорогая. — Я этого не забыл. Моя стратегия принимает это в расчёт. Но я всегда верил: ты сумеешь отпереть свой маленький тайничок в памяти, если дать тебе, э-э-э… достаточную мотивацию, — сказал Сэм и помолчал. — Что же, я тебя щедро промотивирую.

Кира покачала головой.

— Я построила такую ловушку, которую не могу обдурить. Не могу! Если меня каким-либо способом принудят к тому, чтобы пытаться найти нужную информацию, ловушка захлопывается, и я остаюсь ни с чем. Даже если я усилю свой интеллект, мне всё равно не удастся до неё добраться. Я заперла пресловутые врата и заварила замочную скважину.

— Тогда у тебя есть шанс это проверить, не так ли? — не впечатлившись, сказал Сэм, и насмешливо добавил: — Ты откроешь мне свой секрет. Даже не надейся, что сможешь этого избежать. Я верю: для того, чтобы я не привёл в действие мой план по стерилизации, ты сумеешь пробраться сквозь созданный тобою же барьер в памяти. Но если я и ошибаюсь, в конечном счёте ты всё равно мне это расскажешь — по собственной воле, безо всякого принуждения.

— Если ты в это веришь, ты ещё более безумен, чем я думала, — дерзко огрызнулась Кира.

— Подумай ещё, — холодно сказал Сэм. — Я буду держать тебя в плену, пока ты не убедишься, что человечество абсолютно стерильно — сколько бы времени у меня на это ни ушло. И в этот прекрасный день ты поймёшь, что выживание человечества зависит от тебя. Несмотря на свою ненависть ко мне, ты сделаешь всё, что в твоих силах, чтобы сделать последнее поколение человечества бессмертным. — Он выставил перед собой руки. — Больше не потребуется никакого принуждения. Никаких угроз. Ты сама добровольно захочешь поделиться своею тайной. И тогда твой запрос на доступ к информации спокойно пройдёт сквозь все барьеры, которые ты там себе построила.

На лице Киры появилось выражение ужаса; она осознала, что всё сказанное им, по-видимому, правда.

Сэм улыбнулся.

— И тебе больше не придётся волноваться насчёт перенаселённости. Я сделаю так, что этот аргумент перестанет мешать тебе делиться секретом, и уж точно позабочусь о том, чтобы не было никакого принуждения, — сказал он. — Но не стоит благодарности, моя дорогая!

Кира рванулась к нему. Её глаза горели ненавистью, и наручники резко дёрнули её назад, едва не вырвав руки из суставов и больно врезавшись в кожу на тыльной стороне ладоней.

— Послушай, я же на твоей стороне, — произнёс Сэм, с невинным видом выставляя перед собой руки. — Я не хочу так поступать. Правда. Мороки с этим куда больше, чем проку. Я бы предпочёл выдать террористам для распыления в крупных городах не активный вирус, а виалы с обычной водой. Всё, что для этого нужно — чтобы ты дала мне секрет долгожительства и согласилась работать над бессмертием. Чтобы нашла способ отворить дверку в своём мозгу до истечения крайнего срока, — сказал он и пожал плечами. — Но если ты делаешь иной выбор, я просто подожду, пока ты сама мне всё не выложишь.

Киру едва не стошнило.

— И всё это — лишь ради нескольких лет жизни?

Сэм ухмыльнулся и покачал головой.

— Куда больше, чем "нескольких". Гораздо больше, и мы оба это знаем. Разумно используя твои таблетки и дополнительные семьдесят лет жизни — уверен, я сумею подтолкнуть тебя, нанотехнологов и всех остальных в конце концов воплотить твой план по достижению бессмертия. Твоя процедура даст мне достаточно времени, чтобы я был уверен, что смогу дождаться появления проработанной процедуры.

На несколько долгих секунд в подвале повисло молчание. Кира с ненавистью смотрела на Сэма.

— Мне нужна информация по использованной вирусной конструкции и методу атаки на яйцеклетки, — наконец сказала она. — Я даже не попытаюсь открыть свою память, пока не удостоверюсь, что ты не блефуешь. — Кира нахмурилась и мрачно добавила: — Впрочем, мои попытки всё равно ни к чему не приведут.