Дороти обвела разрушенную постройку внимательным взглядом. Узнать это здание было непросто – от него мало что осталось. Фары выхватили из темноты кусочки стекла, еще держащиеся в оконных рамах, и кирпичные стены, густо присыпанные пеплом. Крыши не было, и по центру, точно огромный рот, зияла гигантская дыра.
Но колонны у входа, а вместе с ними и положение окон пробуждали смутные воспоминания…
Это был «Фейрмонт». Всего за пять лет он превратился из самого фешенебельного отеля в городе в эту груду жженого кирпича и битого стекла.
– Полюбуйтесь-ка своим дворцом, принцесса, – посмеиваясь, сказал Мак. – Ни следа былого величия, правда? – Он склонился к окну и постучал по стеклу пальцем, напомнив Дороти ребенка, который вертит в руках стеклянный шар со снегом внутри.
В голове пронеслось язвительное: «
– И за эти руины мы столько воевали, ну надо же, – Мак усмехнулся и посмотрел на Дороти. Та отвела взгляд, не в силах скрыть отвращения.
Для Мака «Фейрмонт» – это трофей, не больше. Но она прожила в этом старинном отеле целый год, и он успел стать ей домом – домом, которого у нее никогда прежде не было.
Ей хотелось кричать. Хотелось закрыть глаза руками и потребовать, чтобы Роман немедленно выключил фары. Хотелось забыть обо всем, что она только что увидела, пускай она и понимала, что это невозможно.
Эти воспоминания останутся с ней навсегда. Каждую ночь картины разрухи будут вставать у нее перед глазами, точно выжженный на внутренней стороне век, не давая уснуть. И наверняка последним, что она увидит перед смертью, будет обугленный, разрушенный «Фейрмонт».
– Не забывайте, что это лишь один из вариантов будущего, – напомнил Роман. – Еще не окончательный.
– Но что, черт возьми, произошло? Отчего все в таком упадке? – поинтересовался Мак.
– Мы… точно не знаем, – медленно, точно взвешивая каждое слово, ответил Роман, а потом осторожно добавил: – Помнится, перед тем, как я ушел из Агентства защиты хронологии, Профессор выдвинул теорию о том, что очередное землетрясение случится через пять–десять лет. И может, даже не одно. Он считал, что тектонические плиты сдвинутся так резко и сильно, что поднимется эдакая волна вулканической активности.
Дороти повернулась к нему.
– То есть землетрясение может вызвать извержение
– Да, – подтвердил он. – По теории Профессора, нас точно ждут извержения Глейшер-Пика, Бейкера и Рейнира[10], но не факт, что дело ограничится только ими. Есть ведь и Йеллоустонская кальдера, которую еще зовут супервулканом. И японская кальдера Айра.
Мак вновь засмеялся – тихо и невесело.
– Спрашивается, как же мы спасемся?
Роман посмотрел в окно.
– Это лишь один из вариантов, – повторил он.
Мак покачал головой, устремив долгий взгляд в темноту.
– Ладно, довольно с меня, – сказал он. – Полетели обратно.
Они вновь пронеслись над разоренным побережьем и нырнули в анил. Потом показались звезды, пурпурные облака и черное небо, Роман повернул корабль и направил его в дымную стену туннеля, а воздух вокруг пропитался влагой и стал тяжелее и гуще. Вода хлынула на лобовое стекло, и оно натужно скрипнуло…
7 НОЯБРЯ 2077 ГОДА, НОВЫЙ СИЭТЛ
…Мгновенье спустя они вынырнули на поверхность и увидели знакомое небо над столицей. Над водой повис молочно-белый туман. Мощные волны приветственно вздыбились и начали хлестать по лобовому стеклу. Новый Сиэтл потонул в пелене мрака, и город было почти не разглядеть. Лишь когда внизу мелькнула какая-то лодка и запетляла между домов, Дороти различила очертания небоскребов, прорезавших ночную тьму, и заметила отблески света в окнах.
Роман вскинул голову и шумно вдохнул. Дороти почувствовала узнаваемые запахи: солоноватый – так пахла морская вода – и приторный, даже слегка тошнотворный запах плесени. Новый Сиэтл пропитался ими насквозь, и они просочились сквозь толстые стекла корабля сразу же, как только он покинул анил.
«
Роман подлетел к гаражу «Фейрмонта», посадил «Черную ворону» на землю и выключил двигатель. Дороти скользнула беспокойным взглядом по запотевшим окнам и ржавым трубам. До чего странно было теперь, после всего, что они увидели в путешествии, смотреть на отель, целый и невредимый.
За спиной послышался вздох Мака – шумный, но явно довольный.
– Что ж, это была полезная поездочка.
На долю секунды Дороти крепко зажмурилась.
– Рад, что вам… понравилось, – ледяным тоном отчеканил Роман.
– Впрочем, в следующий раз лучше нам так далеко не забираться, – заметил Мак и распахнул заднюю дверь. Высунув наружу костыли, он, кряхтя от натуги, выбрался сам. – Довольно будет и двух лет. Мне надо точно знать, когда произойдет это ваше большое землетрясение.
Краем глаза Дороти заметила, как Роман с силой вцепился в штурвал.
