Перед ним во всей красе раскинулся Сиэтл, мерцая огнями в ночном полумраке. Вот только это был совсем не тот город, к которому он привык за последние годы, с его мрачными очертаниями нескольких небоскребов, чудом уцелевших после катастрофы. Сиэтл предстал перед ним таким, каким был до потопа: небо залито отсветами бесчисленных огней, дороги еще не затоплены, в окнах высоток мерцает золотистый свет. Город огибает старая магистраль, по которой с ревом несутся грузовики и легковые машины, поблескивая фарами.
Да что там, даже земля под ногами Эша – и та была другой. Он вдруг осознал, что стоит на пляже – на самом настоящем! Эш рассмеялся и набрал полные ладони песка, изумляясь, как раньше не обратил на это внимания. В Новом Сиэтле ни одного пляжа попросту не осталось. Все ушло под воду.
Стало быть, получилось! Каким-то невероятным, чудесным образом ему удалось отправиться в прошлое без корабля! И без экзотического вещества.
Это… просто немыслимо. Эш помотал головой и опустился на корточки, силясь понять, что же произошло. Никому такое еще не удавалось. Даже Профессор – и тот терпел поражение за поражением. Полет по анилу должен был убить Эша, но не убил.
Он вдруг поймал себя на мысли, что ему очень не хватает Зоры, которая сейчас непременно нашла бы случившемуся разумное объяснение. Но он был один, а это значило, что ему предстояло самому разобраться, что делать дальше. Эта перспектива пугала, но выбора не было.
Эш выпрямился и посмотрел на город, прикрыв ладонью глаза от яркого света. В своем выступлении Дороти заявила, что они с Романом посетят больницу и привезут оттуда медикаменты. Пожалуй, со стороны Эша чересчур самонадеянно было бы полагать, что ему удалось не только отправиться в прошлое без корабля, но и прибыть сюда одновременно с циркачами. Впрочем, сегодня происходили чудеса!
С пляжа видны были верхние этажи больницы. Она располагалась почти в самом центре, в одном из высочайших зданий в городе. Идти до нее было километра два, не больше.
Запахнув потуже ворот кожаной куртки, Эш направился в больницу.
Они шли по темным, извилистым коридорам, мимо комнат, полных материалов и медикаментов, которые они обещали привезти с собой.
Роман все не останавливался. Наконец он сказал:
– Нам сюда.
От его голоса у Дороти по спине побежали мурашки.
В нем ощущалось какое-то лихорадочное отчаяние.
Роман остановился у двери в комнату, по виду ничем не отличавшуюся от остальных, и, отставив в сторону каталку, вошел внутрь.
– За мной, – пробормотал он едва слышно.
Дороти замешкалась в коридоре, настороженно наблюдая за ним.
Роман сшиб локтем какую-то склянку. Та покачнулась, упала с полки и разбилась о плиточный пол, оросив своим содержимым ботинки Романа. Но он, казалось, ничего не заметил.
Ладони у Дороти вспотели. Происходящее совсем ей не нравилось.
– Заходи же, – прошептал он, пригладив волосы. Дороти приблизилась к нему сзади и прочла надписи на пузырьках, стоящих на ближайшей полке.
– Инсулин?
Роман схватил в охапку несколько ампул и судорожно рассовал их по карманам, сбив еще несколько склянок.
А потом пулей выскочил в коридор и побежал к выходу.
Дороти бросилась за ним. Они выбежали на лестницу, преодолели несколько тяжелых металлических дверей. Только когда по лицу заструились холодные капли, Дороти вдруг осознала, что они уже на улице, под дождем. Темный асфальт блестел от влаги, в лужах отражался свет, даже тени – и те обзавелись золотистой каймой.
– Роман, подожди! – взмолилась она, но он даже не обернулся. Он бежал что есть духу по черному морю асфальта, стуча подошвами по влажному покрытию. Судя по всему, больницу они покинули через черный ход, потому что теперь Дороти не заметила ни толпы, ни оживления. Ругнувшись вполголоса, она бросилась за Романом…
Ночную тишину прорезал пронзительный вой, и Дороти испуганно застыла. Всего в нескольких сантиметрах от нее резко затормозил автомобиль.
– П-п-ростите! – выпалила она, хотя за лобовым стеклом, залитым струями дождя, водителя даже не было видно.
Роман нырнул в просвет между двумя зданиями. Еще немного – и она упустит его из виду. С тяжело колотящимся сердцем Дороти пересекла улицу.
Высокие дома. Изящные деревца, растущие то тут, то там. Увы, ей совсем некогда было любоваться окрестными пейзажами. Она едва успевала уследить за Романом. Он оказался куда проворнее, чем она полагала, и, кажется, даже не думал сбавить шаг, чтобы дождаться, пока она его догонит. Ветер свистел в ушах, дождь усилился, насквозь промокшая одежда прилипла к коже.
На пути стали попадаться дома из красного кирпича. Цветущие вишневые деревья. На смену темному асфальту пришли травянистые газоны, а небоскребы сменились высокими деревьями и причудливыми кирпичными постройками.
Но лишь увидев первую палатку, Дороти догадалась, где они.
