Лейф мирно поднял руки, отошёл и в течении пяти минут действительно вёл себя тихо.
– Нет, – наконец отчиталась Меченая, подняв глаза. – Эти жёлтые ничего не ведают о драконах, но тут упоминается знающий человек, которого доставили в Посольство для допроса. И угадай, кто это? Некто, кого поместили в камеру под номером девятнадцать.
– Вот даэдра! Этьен, сука! – разразился Довакин, сменив несколько цветов лица в короткий срок. – Треклятье! Надеюсь, он жив! Побежали скорее! Надо срочно спасать его и расспрашивать, иначе всё было зря!
Лейф вылетел из кабинета и побежал в сторону выхода на улицу.
– Да погоди ты, ненормальный! – кричала ему вслед девушка, следуя за ним. – Он ведь рассказывал про старика из Рифтена, помнишь?! Значит, ты знаешь, кого надо искать!
– А вдруг, если это не то! – возразил норд. – В любом случае, его будет лучше лишний раз спросить! Сука, ответ был ко мне так близок и доступен, а я тут по кабинетам с тобой шляюсь!
– Ай, делай, как знаешь. К тому же, поубивать талморцев я только за! Я с тобой, – сказала Меченая, не отставая от Довакина ни на шаг.
Но выйти наружу они так и не успели. Когда им оставалась совсем немного до дверей на улицу, оттуда возникла небольшая кучка восставших и ошалело ринулась прямо на них.
– Бежим, Обливион побери! – прикрикнул немолодой норд в имперской броне.
Заключённые пронеслись мимо, и рванули туда, откуда Лейф с Меченой только что ушли. Один из них был Этьеном, и Довакин, без лишних вопросов, тут же бросился следом. За ним последовала и девушка.
Восставших с улицы пришло всего пятеро, это были: Этьен, разноглазый колдун, два имперских солдата и какой-то пёстрый каджит. Тот самый каджит, которого Лейф спас от алебардиста.
– Это все, кто выжил? – уточнил Довакин у Этьена, поравнявшись с ним.
– Да! – раздражённо подтвердил бретонец. – Пока вы тут обжимались, нас там чуть не убили!
– Они засели в окнах другого здания и устроили нам огненный дождь! – вставил слово заключённый-колдун. – Нам было не сдюжить, даже мне с моим оберегом!
Вскоре беглецы забежали обратно в тюрьму, где уже вся прихожая пылала в непроходимом огне. Они остановились, но вперёд вышел колдун и довольно быстро расчистил путь с помощью заклинаний воды.
– Куда мы бежим?! – спросил Лейф.
– Возле комнаты пыток есть люк, – ответил молодой имперец-легионер. – Это должен быть тайный выход наружу.
– Что, правда?! – воскликнул Довакин. – А если это просто винный погреб, вы не подумали?!
– Значит, мы хотя бы напьёмся перед смертью, – мрачно усмехнулся Этьен.
– Винные погреба не роют под темницами, парень, – попытался успокоить второй легионер; достаточно взрослый мужчина-норд.
Вскорости они и правда добежали до люка, который, конечно, был заперт на ключ. Лейф не стал долго разбираться и набрал воздуха кричать…
– Да стой ты, – толкнул его Разноглазый, не давая применить «Безжалостную силу». – Ты сейчас лестницу поломаешь своим криком.
Довакин заткнул рот и принялся наблюдать за действиями колдуна. Маг направил в замок несколько концентрированных телекинетических импульсов, отчего тот выломался и упал вниз, вовнутрь.
– Как я и думал, старый и ржавый.
Распахнув люк, они увидели внизу каменный пол пещеры и приставленную для спуска деревянную лестницу. Лестница эта была явно старая, но пользовали её, по всей видимости, достаточно редко. Поэтому, надеясь на то, что она не развалится, беглецы стали ускоренно спускаться. До пещерного пола было полтора-два человеческих роста: грохаться с такой высоты на камни никому не хотелось. Но попасть в лапы талморцев, от которых они совсем недавно удрали, не хотелось ещё сильнее, так что скорость спуска перевесила осторожность. Разноглазый маг оставался наверху до последнего, готовый в любой момент накрыть подступивших преследователей шквальным огнём. А когда все, кроме него, оказались внизу, он напоследок как можно плотнее поджёг пространство вокруг себя и тоже преодолел спуск. Лестница, на их счастье, оказалась достаточно крепкой и стойко выдержала всех спускавшихся.
Беглецы уронили лестницу, откинули её куда подальше и бегом рванули по коридору пещеры. Бежать в таком месте было опасно, из-за риска запнуться о шальной камень и поцеловать лицом пол, но вернуться в плен к талморцам было ещё опаснее. Несколько наколдованных светящихся сгустков парили в воздухе, освещая дорогу и уменьшая вероятность падения. Бывшим узникам оставалось надеяться, что эта пещера не тупиковая и когда-нибудь приведёт к выходу наружу. А если приведёт, то не будет ли их там ждать засада талморцев? Весь этот путь был сопряжён с риском, и опасения в голове Лейфа не стихали. Но единственным вариантом оставалось идти вперёд, уповая на лучшее. А в случае худшего, бороться за свою жизнь до последнего и достойно принять возможную смерть.
Какое-то время они молча бежали. Прошло несколько минут, когда шедший впереди молодой легионер вскричал:
– Свет! Должно быть, это выход! – указывал он пальцем на виднеющийся вдали огонёк.
– Не ори в пещере, а то засыплет, – бросил ему Этьен.
