Когда отец вернулся из Лонг-Бич, Питеру едва исполнилось четырнадцать. Вслед за дедом, отцом и старшим братом Тео он готовился стать Охранником и в один прекрасный день надеялся принять участие в экспедициях. Прекрасный день так и не наступил: следующим летом вирусоносители подкараулили папин отряд в восточных пустынях, рядом с местом под названием Милагро. Папа потерял троих, включая дядю Уиллема. Экспедиции закончились. Многие винили в случившемся Деметрия: зачем так рисковать, зачем уходить так далеко, чего ради? Другие колонии давным-давно не подавали признаков жизни. Последняя, Колония Таос, пала почти восемьдесят лет назад. Во время памятного сеанса связи, который состоялся до разделения Сфер деятельности, принятия Единого закона и запрета на радио, из Таоса передали: энергетическая станция выходит из строя, прожекторы гаснут. Разумеется, Таос, как и другие колонии, захватили вирусоносители. Чего добивался Демо Джексон, покидая колонию на долгие месяцы? Что он искал в Темных землях? Кое-кто еще надеялся на Возвращение, мол, армия обязательно их найдет. Только Демо Джексон не видел армию ни разу, значит, ее больше не существует. Зачем, спрашивается, зачем столь ужасной ценой выяснять то, что давно известно?
Последняя экспедиция изменила Деметрия Джексона: он в одночасье превратился в вялого, апатичного старика. Часть его души погибла в пустыне вместе с Уиллемом, которого отец любил больше, чем своих сыновей, и даже больше, чем жену. Демо вышел из Семейного совета, передав место Тео, и стал пастухом-одиночкой — с первыми лучами солнца выгонял стада за ворота, а пригонял обратно за минуту до Второго вечернего колокола. Где пропадает целыми днями, Демо никому не рассказывал. Питер спросил об этом маму, но она ответила, мол, отец пока живет в собственном мирке, но со временем оттает и обязательно к нам вернется.
В последнее утро отца Питер, к тому времени Младший охранник, стоял на мостках у Главных ворот и увидел, как он готовится к выезду. Прожектора только погасли, вот-вот должен был зазвенеть Утренний колокол. Ночь прошла спокойно, а за час до рассвета повалил снег. Холодный серый день разгорался медленно, словно нехотя. Демо, как обычно верхом на чалой кобыле, гнал стадо к воротам. Кобылу звали Звезда из-за чисто-белой отметины чуть ниже густой челки. Демо ценил Звезду не столько за резвость, сколько за доброту и выносливость, да и в нужные моменты она оказывалась на диву быстроногой. Отец, ехавший в конце стада, натянул поводья: он ждал, когда откроют ворота. Звезда нетерпеливо пританцовывала, утаптывая свежий снег. Из ее ноздрей валил пар и белесой гирляндой вился вокруг длинной умной морды. Демо погладил ее по холке и шепнул на ухо что-то ободряющее.
Вспоминая то утро пятилетней давности, Питер частенько спрашивал себя: знал ли отец, что сын следит за ним со скользких от снега мостков. Получилось так, что и Демо ни разу не поднял глаз, и Питер ничем не привлек его внимание. Он смотрел, как отец успокаивает Звезду, и думал: «Мама права: папа действительно замкнулся в собственном мирке». В последние секунды перед Колоколом Демо обычно проверял компас, закрывал его, прятал в поясную сумку и объявлял Охраннику количество выезжающих. «Один на выезд!» — выкрикивал он низким грудным голосом. «Есть один на выезд!» — отзывался Охранник. Этот ритуал неукоснительно соблюдался каждое утро. Увы, то памятное стало исключением. Лишь когда Демо верхом на Звезде устремился не к пастбищам, а по дороге к энергостанции, Питера осенило: у отца нет ни сумки на поясе, ни лука, ни чехла с ножом.
В тот вечер ко Второму колоколу Деметрий не вернулся. Как впоследствии выяснил Питер, в полдень он набрал воды на энергостанции. В последний раз его видели скачущим от турбин в пустыню. По негласному правилу матери не выполняли Долг милосердия перед детьми, а жены перед мужьями. С начала Нового времени это жуткая обязанность возлагалась на отцов, братьев и старших сыновей. Пять лет назад, когда пропал отец, Вахту милосердия нес Тео, сейчас Тео ждал Питер, а когда-нибудь, если понадобится, долг перед Питером исполнит его пока еще не родившийся сын.
