- Конечно понимаю, посмотрела ваши потоки – настороженно ответила ему, лихорадочно соображая, могла или нет еще что-то натворить попутно, вроде никого не трогала.
- Слушай, кукла! – похоже, прозвищем я обзавелась надолго – ты бы не лезла пока никуда. Я гляжу, ты соображаешь уже, постарайся просто ни-ку-да не лезть! – Произнес он по слогам, словно так я лучше пойму. – Не сосредотачиваться, не пытаться увидеть, не заглядывать туда, куда тебе еще рано.
Я скептически приподняла брови, готовая возразить, но он выпрямился и, развернувшись, направился к турнику. Ребята потянулись каждый в свою сторону.
- Миша! – громко окликнула я его, но он только досадливо дернул плечом, продолжая идти – ты бы объяснил, во-первых, что я вообще такого сделала? Во-вторых, почему еще рано? А, в третьих, когда будет «не рано»?
- Михаил, вернись сюда! – Окликнул паренька незаметно подошедший Данилыч. – А вы все, по местам! – Опять хлопнув в ладоши, обратился к остальным ребятам, начавшим прислушиваться к нашей перепалке.
Подросток, неохотно развернулся, и, засунув руки в карманы спортивных штанов, приблизился, всем своим видом показывая, что его оторвали от важного дела.
- Миша – начал Данилыч – я только-что подошел и не знаю, что тут произошло, но услышал Машины вопросы. И тоже хотел бы получить ответ. Кстати, Митя, а ты почему здесь? Где ты сейчас должен быть? Давай, беги.
Митька потупился, шмыгнул конопатым носом и еще крепче сжал мою руку.
- Наставник, а можно Митя останется со мной? Я пока еще ни с кем и ни с чем не знакома, нам вместе будет легче – я так умоляюще смотрела на него распахнутыми глазами, что он рассмеялся и махнул рукой, а Митька обрадованно вскинулся и расплылся в широкой улыбке.
- Ладно, оставайся. Вот знаю, Маша, что не надо вестись на твои наивные глазки, а все равно не могу устоять.
Хорошо, Миша, так что там у нас? – снова переключился Данилыч.
- Да ничего страшного не произошло – мальчик серьезно посмотрел на улыбающегося Данилыча – эта кукла, то есть, простите, Маша, в две минуты объединила наши потоки. Всех ребят, что здесь были, понимаете? Я испугался, что она что-нибудь начнет с ними делать, попытался вывести ее, отключить – он опустил голову – не смог – Потом она сама вышла…
- Нет, не сама, мне Миша помог. И еще Митя – вклинилась я – только я никуда не собиралась вмешиваться, я просто хотела посмотреть силу, я же никогда не видела столько – понимая, что опять влезла раньше времени, я опустила голову, ковыряя траву носком кроссовки. – Данилыч, я аккуратно смотрела…
- Вот и хорошо, что вы все понимаете, в чем проблема. Миша, как ты думаешь, почему у Маши объединились потоки, и как можно избежать этого в будущем? – Данилыч говорил неторопливо, поглядывая по сторонам и понемногу подводя нас к стоящей по краю поляны скамейке.
- Так ничего сложного, воспрял духом подросток, Маше нужно было смотреть каждый поток отдельно, а она сразу ухватила их все. Нельзя же так! – он опять перевел на меня укоризненный взгляд.
- Вот и прекрасно! Миша, ты и будешь заниматься с Машей. И с Митей заодно.
- Да как можно с такой козявкой заниматься? Она же еще маленькая! Мне что, делать нечего, только нянем работать? – Подросток вскочил со скамьи. – может еще и спать укладывать, и сопли подтирать? – Покраснев от возмущения и упрямо сжав зубы, он так сердито смотрел на нас, словно готов был испепелить взглядом.
Данилыч, не обращая внимания на гнев мальчика, повернулся ко мне – Миша у нас лучше всего работает с потоками, и силы достаточно, чтобы вас обоих держать, а заодно попробуем и объединение, только без меня не пытайтесь. Миша, отвечаешь ты. А с соплями уж как-нибудь сами разберитесь, кто кому будет вытирать. Добро?
Все молчали.
- Вот и славно. Миша, сегодняшний день на твое усмотрение. Единственная просьба, с Машей по специализации работа не дольше одного, максимум полутора часов. Остальное – обычные прогулки и общее знакомство по теме. Гуляйте, бегайте, тренируйтесь. Сегодня вместе до обеда.
С этими словами он тоже встал и направился к основному входу в дом.
Мы на некоторое время застыли молча, изображая скульптурную композицию. Митька и я сидели на скамье, два головастика, и болтали не достающими до земли ногами. Миша страдальчески смотрел на нас и не знал, что с нами делать. Помолчав пару минут, я решила помочь ему.
- Миша, ты не переживай за меня. Памперсы мне не нужны, и соплей у меня тоже нет. Если что, сама могу одеться-обуться. Только вот ростом маловата, но тут уж пока ничего не поделать. Капризничать и плакать тоже не буду. А с потоками обращаться меня Данилыч учил. Немного умею. Если что-то непонятное будет, буду говорить. А ты уж предупреждай, чего опасаться, если будем работать. Хорошо?
Миша молчал и все так же смотрел на нас, лишь, сменил страдание во взгляде на уныние. Потом плюхнулся рядом на скамью и запустил руку в шевелюру.
- Вот за что мне это!? Что я такого плохого сделал?
