Якт поднял взгляд к хребту и пришел в отчаяние, увидев третье войско. Но его отчаяние быстро сменилось надеждой, а затем и радостью: вместо кроваво-красной брони последователей Кхорна в палящих лучах нависшего над хребтом Волатус солнца засияло золото нагрудных пластин. Увидев подкрепление, его воины принялись сражаться еще с большим усердием, издавая боевой клич радости и ликуя.
–
Их крик превратился в заклинание, которое защищало лучше, чем тысяча Зигмаритских щитов.
Его звали Молоторуким. С развевающемся за спиной плащом и призывом к оружию на устах, он вел свои отряды Грозорожденных вниз по склону.
– Держись, Якт! – ревел Ванд, возглавляя смертоносный авангард верхом на своем дракоте.
Связанные Кровью оказались зажаты между Молоторукими и Золотогривами, их прижали к земле выстрелами из Небесных Луков, топтали сапогами и громили грозовыми молотами. Вскоре землю устилали лишь трупы.
Все было кончено. Якт выжил, но его позор остался с ним.
После того, как Обвинители выследили и убили немногих выживших, к нему подошел Ванд.
– Рад с тобой познакомится, Якт, – произнес Молоторукий, протягивая руку.
– Твое прибытие было весьма своевременным, Лорд-Целестант, – устало, но уважительно кивнул Якт. Прежде чем ответить на рукопожатие, он снял свой боевой шлем. Длинные золотистые волосы и благородная осанка, столь отличная от варварской, присущей лорду-кузнецу, придавала Якту величественный вид.
– Я наблюдал за вами с гребня, – произнес Ванд, бросив на него жесткий взгляд темных и честных глаз. – Вы ошиблись, Якт, растянув своих воинов по равнине. Не забывайте, что нас не так много. Мы не знаем всех опасностей, что ждут нас на каждом шагу.
– Так гласит истина Зигмара? – напрягся Якт.
– Нет, это просто слова кузнеца, который кое-что знает о способах ведения войны, – поднял руку Ванд в примирительном жесте.
– Ты такой же кузнец, как я – оррук, – Якт хлопнул Ванда по плечу, – но, тем не менее, я прислушаюсь к твоим словам.
Все воины Грозорожденных стремились укрепить славу Зигмара и отомстить существам, которые разрушали его королевства. Якт же хотел этого намного больше, чем кто-либо другой.
Их разговор прервал крик, донесшийся с другого конца поля битвы.
Это был Нерос, излеченный светом фонаря, удерживаемого его грифогончей. Стоявшие вокруг воины видели, как его доспехи восстанавливаются, а оставленные топором глубокие борозды и щели сглаживаются благодаря силе Небесной Магии. Однако Эриада, все еще насаженного на железный прут, этот свет уже не мог спасти.
Якт бросился к израненному Обвинителю, Ванд последовал за ним.
– Мы не сможем снять его, не убив, – тихо произнес Нерос, повернувшись спиной к скрюченному от боли Эриаду. – Даже свет фонаря не сможет спасти его.
Якт мрачно посмотрел на своего Обвинителя, а после перевел взгляд на прут, пронзивший его тело. Эриад должен был умереть, но что-то в этом металле не допускало его гибели. Якт видел, как от его поверхности откалываются куски и вонзаются в кожу Обвинителя.
– Он… пылает… мой господин, – прохрипел Эриад, и каждое его слово было наполнено нестерпимыми муками.
Якт вытащил свой клинок, на котором ярко засверкали звездные руны.
– Зигмар ждет тебя, брат, – торжественно сказал он, обращаясь к Обвинителю. – Он зовет тебя в свои чертоги героев.
И в тот момент, когда Якт уже собирался проявить милость к воину, рука Эриада остановила его.
– П-подожди… Я умру?.. Что…станет со мной? – спросил он.
Якт запнулся. У него не было ответа на этот вопрос. Никто не знал, что бывает с Вечными после смерти.
– Пусть буря унесет его, брат, – из-за спины раздался успокаивающий, но при этом настойчивый голос Ванда.
– Закрой глаза, Эриад, – попросил Якт спустя мгновение. И как только Обвинитель смежил веки, Лорд-Целестант вонзил в его грудь рунный клинок, пронзив сердце и положив конец мучениям.
Над их головами возникла грозовая туча, и из ее буйных недр вырвалась единственная дугообразная молния. С грохотом разразившейся бури она ударила в тело Эриада, превратив его в ослепительный свет и унося его в небеса. Каждый свидетель этого чуда испытал трепет и тревогу.
– Неужели каждого, кто был сотворен на Наковальне Апофеоза, ждет подобная судьба? – пробормотал Якт. – Неужели после своей смерти нам будет суждено возвратится к звездам? И что будет дальше?
Он ощутил успокаивающее прикосновение сильной руки к своему плечу. Именно тогда Якт понял, почему Ванд был возвышен Зигмаром – он услышал это в его голосе, в каждом его слове.
– Не бойся бури, Якт. Ибо для нас это как жизнь, так и смерть. Наша задача – не задавать вопросов. Нам нужно всего лишь исполнить свой долг и, когда придет время, достойно умереть во имя Зигмара. И именно по этой причине мы были выкованы. Мы – надежда человечества, и нет большей чести, чем эта.
Якт медленно кивнул и потянулся за своим боевым шлемом.
– Я слышу призыв к оружию, Ванд – сказал он.
– Как и я, брат, – ответил ему Молоторукий.
– Я слышу, как он зовет тебя через пустоши, к Красной пирамиде.
