- Просчитайте все возможные варианты - этот будет самым логичным и единственно правильным с точки зрения этических норм, - снова заговорил Калныньш. - Все мы, кто работает с хрональными полями - со временем, проще говоря - прекрасно знаем Закон причинности и следствия: случайностей не бывает. Каждое "вдруг" чем-то подготовлено и обусловлено. В нашем случае эту связь и искать не надо - все, как на ладони лежит. Завершен проект "Реанимация", Планета возрождена для жизни. Для чьей? И тут "вдруг" появляются эти люди, с которыми мы не знаем, что делать. А ведь это законные хозяева Планеты. Так давайте вернем хозяевам их дом.
После продолжительного молчания, когда никто не торопился высказаться, обдумывая неожиданное предложение, медленно заговорил Станов:
- Предложение столь неожиданное и кардинальное, что я, признаться, еще не могу хоть сколько-нибудь однозначно определить свое отношение к нему.
- А вы не забываете, что в проекте "Реанимация" мы имели дело с мертвой планетой? - сказал представитель Комитета Этического Контроля. - Теперь вы ведете речь о живых людях, причем их цивилизация весьма низка, а психика чрезвычайно ранима. Боюсь, что Комитет может наложить вето.
- Разве у нас нет опыта работы с молодыми цивилизациями? - проговорил Андрей. - Я уверен, что можно найти наиболее щадящий вариант. Да и ваше предположение о ранимости весьма спорно. Если Комитет наложит вето, я потребую всеобщего референдума, у меня есть на это право.
- Да, действительно, по любому факту, ставшему достоянием тотальной информированности человечества, может быть проведен референдум, - усмехнулся Станов. - Но не надо ультиматумов, командор Граф, надеюсь, до этого дело не дойдет. Однако, на данном этапекак я понимаю, вы нам выбора не оставляете либо проблемой занимаются на самом высоком уровне, либо референдум? И еще по одному моменту проясните: если потом, позже, при просчете всех вариантов откроется нечто, отчего именно в интересах эритян их нельзя будет переместить во времени, вы примите это?
- Разумеется, подобного нельзя исключать, хотя, думаю, такая вероятность ничтожно мала. Я не безумец и, безусловно, должен буду это принять. Если сочту абсолютно доказанным, а не притянутым за уши в качестве перестраховки, как действует иногда Комитет по Этике.
- Позвольте! - возмутился представитель, но Станов примиряющим жестом прервал его.
- Согласен с вами, Граф. Теперь, что касается ваших подопечных. Независимо от будущего решения, сейчас мы должны позаботиться о них. А то пока обсуждаем, исчезнет сам предмет обсуждения. Надо создать что-то вроде карантинной зоны, что ли. Что вы можете предложить, командор Граф?
- Режим полевой границы. Повесить несколько энергобуев и опустить полевой заслон. Буи дополнительно оснастить контрольной аппаратурой, чтобы при необходимости перемещать заслон, перераспределять буи.
- Заслон между рекой и селением?
- Да.
- Но к реке непременно пойдут наблюдатели. Как исключить их встречу с энергобарьером?
- Я все объясню Лиенте.
- Надеетесь, он поймет и спокойно примет?
- Как принял ТП-связь, глейсер и еще кое-что по мелочи.
- М-да, вы идете напролом, Граф, это не самый лучший метод. Мелочи! хмыкнул Станов. - Ну, а что скажете по поводу собственного здоровья? Полагаю, вам надо серьезно заняться им. Конечно, вашим физическим данным остается только завидовать, но, сколько же можно испытывать себя на излом?
- Да, Андрей, - поддержал Румовский, - тут двух мнений быть не может. Ты ввел к эритянам двух своих сотрудников, они будут продолжать контакт, а ты отправляйся в распоряжение врачей, им надолго работы хватит.
- Я готов отдать себя на врачебное обследование и четко выполнять курс лечения, но не стационарно. Я останусь с эритянами до тех пор, пока не решится их судьба.
- Для вас существует понятие дисциплины Граф?
- Оставим его в покое, - вмешался Калныньш. - Наверно, так для всех будет лучше. У эритян теперь будет спокойно - почти курортная зона. Обяжем его регулярно проходить медконтроль, но уж если доктора заметят ухудшение слышишь, Андрей? - тогда не обессудь, под арестом заставим лечиться.
- Согласен, - разулыбался Андрей.
- Ну, что ж, - недовольно проговорил Румовский, - будь по вашему.
- Я должен кое в чем признаться, - сказал Андрей.
- Неужели еще не все? - Станов на экране недовольно заворочался в кресле.
- У нас на Блоке находятся шесть раненых эритян в коматозном состоянии, среди них - ребенок.
Помолчав, Румовский сказал:
- Вы с поразительной легкостью идете на нарушения, Граф.
- Спокойно смотреть на погребальный огонь, зная, что в нем - живые? Согласно правилам? - резко сказал Андрей. - Я исходил из обстоятельств. Сделай я тогда запрос, мне бы ответили отказом. А для шестерых это означало - смерть. Я считаю, что мой поступок адекватен обстоятельствам. Впрочем, формально, я, безусловно, виноват и готов нести наказание.
- Формально, он, видите ли, виноват! - проворчал Станов. - Илвар, будь другом, отвесь ему затрещину вместо меня.
- Да он и так весь битый.
