— Я предлагаю пригласить в свою группу молодых ребят — Данилу Сокола и Виктора Чижова. Они охотники опытные да к тому же сильные. Сколько нужно дней на получение информации?
— Думаю, что двух будет достаточно.
— Дерзайте, — кивнул старший и подошел к стоявшей недалеко группе колонистов.
Он поговорил с ними, успокоил, и вскоре все разошлись — кто досыпать, кто завтракать. Разговоры не прекращались несколько дней, даже тогда, когда геолог с ребятами вернулись из похода по близнаходившимся горам. Там они помогали расставлять сейсмографы и следить за небом. Атаки птеродактелей сейчас особенно были не нужны. Да их и не было. Только один раз, уже перед самым уходом они заметили точку высоко в небе.
— Это разведчик, — хмыкнул Данила, наблюдая за ним из-под козырька ладони. — А у них, там в других горах, тоже трясло? — спросил он у геолога.
— Может быть, — пожал плечами тот. — А возможно и нет. Амплитуда колебаний здесь незначительна. Думаю, что центр располагался много южнее, примерно там, куда вы с группой ходили.
— Там, где лежит капсула? — спросил Виктор.
— Скорее всего. Я же не был с вами и не знаю. Думаю, что потом, когда сверим все графики смогу сказать точнее.
Так и случилось. Когда по возвращению проанализировали все данные, то получилось, что именно не в том месте и был центр землетрясения, а много южнее.
— Так затронул ли капсулу? — вновь поинтересовался Виктор.
— Кто же его знает, — пожал плечами геолог и вздохнул. — Нам сие неизвестно.
— И какова же амплитуда этого землетрясения? — спросил главный.
— Думаю, что баллов в 5–6, - утвердил геолог.
Совет колонистов не успокоился еще и потому, что геолог предупредил, что расслабляться не стоит, что такое может повториться, но с гораздо большим или меньшим трясением.
— Успокоил, — скривился старший. — Ну да ладно. Тот, кто предупрежден, тот вооружен, как говорится. Теперь тебе надо делать такие вылазки чаще, — обратился он к геологу. — Бери любых свободных от охоты людей и делай свою работу.
Геолог понимающе кивнул и все разошлись. Теперь им предстояло быть настороже не только от небесных хищников, но и от состояния планеты.
* * *
А жизнь шла своим чередом.
Уже месяц, как прожили колонисты без землетрясений и стали забывать о пережитом, как новая напасть свалилась на их малочисленную колонию.
Как-то случился неожиданный облет территории птеродактелем. Не простой! Он спикировал вниз и что-то сбросил прямо на центральную площадку. Пока стражи устанавливали арбалеты, пока настраивались на отражение, ящер взмыл в небо и, покричав напоследок, тут же улетел. Рассмотрев брошенное тело, стражи поняли, что это что-то совсем им незнакомое существо размером чуть больше средней черепахи, только с поджатыми тонкими лапами, по сравнению с тем же черепашьими. Позвали биолога, и тот раскрыл от любопытства глаза и рот — это был …мертвый паук переросток. Об этом и доложили старшему. Тот приказал доставить особь в лабораторную и обследовать. Туда же пригласили ребят со Светланой и деда Василия. Его доставили под руки, так как в последнее время он не только плохо видел, но и плохо двигался. Когда ему описали этого паука, то он тут же подскочил с места и, вытянув палец в ту сторону, закричал тонким голосом:
— Убейте его! Убейте! Он несет страшную смерть!
Ему объяснили, что паук мертв, и они только просят его подтвердить, что это то, о чем они думают. Расстроенный дед даже расплакался. И когда его уводили, все всхлипывал и повторял:
— Господи! Спаси и сохрани рабов твоих от такой напасти!
Ребята особенно были заинтересованы в этом чуде из недр планеты.
— Сколько еще мы не знаем! — скороговоркой произносил удивленный Виктор и устремился во всем помогать биологу. У него даже прорезался дар исследователя. Он с увлечением слушал биолога, который по немногим оставшимся информациям о земных, пытался определить класс насекомых.
— Арахниды, класс членистоногих, подтип хелицеровых. Только вид у него, — он толкнул указкой в особь, — странный, как будто собранный из всех представителей этого подвида, находящихся на Земле — скорпионов, пауков и клещей.
— Что это значит? — удивился Виктор, хотя какие это особи он не знал.
— А вот смотри, — вновь ткнул ученый, — тело паучье, а лап восемь, к тому же хвост скорпиона, а жвалы клеща. Только всё гипертрофированно и выглядит ужасно.
— А как они питаются? — спросил любопытный парень, разглядывая паука более пристально.
— Видишь у него на брюхе сосочки — это паутинные железы. Они выделяют вязкое вещество, состоящее из белка. На воздухе оно как-бы застывает и этими волокнами он обхватывает свою добычу и стягивает её, укутывая в некий кокон. Потом впрыскивают через специальную трубочку в рану или любое другое отверстие свою жидкость и та разъедает внутренности, превращая их в желе. Затем, через ту же трубочку он высасывает все, чем заполнена эта оболочка. Страшная, мучительная смерть.
— А жвалы и хвост зачем?
