— А что если назад, туда, где сейчас лежит капсула? — робко сказал геолог. — по моим данным именно оттуда идет волна, судя по приборам. И если там сейчас все осталось на месте, то можно попробовать. Все же не надо строить убежище — там сохранилась сама капсула. К тому же там полно продуктов и необходимых вещей — не надо нести с собой. К тому же надо посмотреть, что можно сделать с самой капсулой. А вдруг можно её починить? Ведь Светлана говорила, что все в порядке с машиной и двигателем.
— Ты думаешь, что первопоселенцы не стали бы ремонтировать, если бы была такая возможность? — удивился один из членов совета.
— Я не знаю, — пожал плечами геолог, — но это единственное место, куда мы могли отступить при случае.
Все опять замолчали, переглядываясь.
— Думаю, что это только на крайний случай, — заключил в конце главный. — Надо все же узнать в каком состоянии находится та капсула. И пойдут туда с разведкой те, кто уже там был — наши ребята. Вот что они скажут, так и порешим.
Все закивали.
— Согласны?
— Согласны, — в разнобой ответили члены совета.
* * *
Через два дня в поход к капсуле уже шли четверо прежних путешественников. Только теперь они были без волокуш, упакованы по-настоящему и держали в руках лазерные автоматы.
Тим повел их уже знакомой короткой дорогой, и вскоре они уже были на вершине насыпи, за которой скрывалась долина с капсулой.
Она была целой, и таким же казался и корабль. Спустившись, они уже спокойно, без ажиотажа, обошли ее по окружности и вошли внутрь. Там тоже не увидели каких-то изменений и успокоились.
— Знаете, — сказала Светлана, повернувшись у парням, — мне надо все же проникнуть в машинное отделение и поэтому мы с Тимом будем там кумекать над кодом. Вы же обойдите еще раз всю капсулу и запомните все разрушения, о которых потом расскажите нашим инженерам.
Ребята кивнули, и каждый занялся своим делом. Кроме того, Виктор предложил Даниле посетить ту же нору, где видели мумию птеродактеля и внимательно изучить обстановку.
— Понимаешь, — тихо говорил он, оглядываясь не слышат ли девушка с мальчишкой, — мне очень надо оглядеть еще раз ту сухую птицу. Я обещал биологу, что осмотрю её более пристально и расскажу ему об этом. Тогда же мы не смогли все рассмотреть. Теперь я знаю, что мне надо сделать.
— Ты не боишься? — криво усмехнулся Данила.
Он не простил ему близости к девушке и считал, что тот воспользовался их размолвкой и вклинился в отношения, забыв, что так друзья не поступают. Но забота о колонистах, смягчила его нрав, и к тому же он не хотел сердить Светлану. Она была против их битвы за первенство и во всем винила себя. Этим же отдалялась еще больше. Данила совсем сон потерял. Даже родные обратили на это внимание, что он стал раздражительным и хмурым. Мать пыталась его растормошить, а отец только вздыхал. Он знал причину сыновьей болезни и поэтому молчал.
Приказ собраться прежним составом и разведать прежнюю стоянку колонистов, как-то вдохновило Данилу. Он собирался в пути найти возможность поговорить с девушкой, но та старательно обходила все углы и разговоры, если они состоялись, сводила к ежедневным планам и событиям. Уже не спала она на плече у парня, не улыбалась ему тайком как раньше. Что с ней произошло и почему она себя так вела, Данила не мог понять и нервничал. Иной раз просто чуть ли не кричал по разным поводам, которые случались в пути: то не так Тимофей ведет их, то Виктор отстает, следуя замыкающим, и это тормозит группу. Светлана видела все и тяжело вздыхала. Она понимала, что из-за неё парень так переживает, но ничего не могла с собой поделать — странная глухая обида поселилась в её сердце после смерти матери. Никак она не могла простить ни ему, ни себе, что не была доставлена медкапсула и мать скончалась из-за этого. Тогда, на похоронах, когда она собирала прах в горшок после её сожжения, она замкнулась.
— Нужно время, чтобы все встало на места или же хорошая встряска, — сказал Даниле отец, когда тот все же не выдержал и пожаловался ему на девушку. — Вот пойдете вместе, может быть найдешь повод и поговорить откровенно.
Теперь Данила пытался такую возможность изыскать, но пока все было напрасно. Ни одного намека на прежние отношения. Единственное, что он услышал от неё, чтобы они не вздумали залезть в ту самую нору, где видели мумию.
— Вы же понимаете, что мы с мальчиком не сможем вам помочь если что случится, — сказала она, внимательно глядя в глаза Даниле.
Вот тут-то и увидел он, что в них было беспокойство, то самое, которое он замечал ранее, беспокойство за него, не за Виктора. Это сказало, что он не безразличен ей, и она будет переживать за него. Кивнув, он улыбнулся про себя:
— Она все же любит меня!
Сейчас он смотрел в глаза Виктора с вызовом и немного снисходительно. Тот понял и зло хмыкнул:
— Ну-ну! Это мы еще посмотрим!
Данила пожал плечами, и они двинулись к пещерке.
Они шли по кромке стены вулкана и заглядывали вниз, пытаясь определить, в которую из них они тогда заглядывали.
— Вон там! — вытянул палец Виктор, показывая на одну из нор, находящихся на уровне их плеч.
