Вернувшись домой и, войдя, наконец, в квартиру, Ольга испытала вдруг новое сильнейшее потрясение.
В квартире был полнейший разгром и кавардак. Видно было, что тут что-то усиленно искали, и Ольга даже знала, что именно искал тут неизвестный налетчик. Или налётчики…
Мало того, что все шкафы были отворены настежь, а всё их содержимое валялось на полу. На полу валялись также истерзанные подушки, и матрас на кровати был тоже располосован чем-то острым крест накрест. Многие книги были не просто сброшены с полок, но ещё и основательно изодраны. Когда же Ольга, вдоволь насмотревшись на разрушение, зашла на кухню, та встретила хозяйку ещё большим кавардаком и разгромом. Здесь на полу, густо усеянном мукой и раздавленными макаронинами, валялись ещё и мелкие осколки вдребезги разбитой посуды.
– Мило! – негромко проговорила Ольга, ни к кому конкретному не обращаясь (да и к кому обращаться в пустой-то квартире?). – Очень мило!
И вдруг, выхватив из сумочки злополучные эти очки, Ольга на вытянутой руке провела ими по воздуху.
– Ну что, довольны?! Довольны теперь?! Хорошо получилось?
Она смотрела на очки почти с отвращением.
– Хотите, чтобы я вас надела?! А я не буду! С меня во как довольно! А впрочем…
Ольга надела очки.
– Может, покажете мне, кто это сделал? Или это не в ваших силах? Тогда, какого чёрт…
Она вдруг умолкла, потрясённая.
На её глазах кухня принимала прежний облик. Собиралась рассыпанная мука, ловко соединялись в единое целое мелкие осколки чашек и тарелок… сами же чашки и тарелки не менее ловко запрыгивали на прежние свои места.
Прошло совсем немного времени, и вот уже на кухне царил образцовый, можно сказать, порядок.
Сорвав очки с переносицы, Ольга убедилась, что всё это не оптический обман. На кухне по-прежнему было идеально прибрано. Тогда она, вновь нацепив на нос очки, рванулась в комнату.
Там, с её приходом, тоже всё начало само собой реставрироваться.
И вскоре всё стало как прежде…
И даже лучше чем прежде…
И в это же самое время раздался вдруг звонок в дверь.
Некоторое время Ольга стояла в нерешительности, испуганно глядя в сторону входной двери.
Звонок повторился.
Метнувшись на кухню, Ольга вооружилась топориком для отбивания мяса и, крепко сжав грозное сие оружие в правой руке, двинулась в прихожую. Очки она теперь держала в левой руке.
В это время звонок прозвенел в третий раз.
Ольга осторожно прильнула к дверному глазку, потом вздохнула с видимым облегчением и открыла, наконец, двери. В комнату не вошла, а буквально ворвалась мать вчерашней девочки. Упав перед Ольгой на колени, женщина принялась вдруг лихорадочно и исступленно целовать ей руки.
– Простите меня! – вся сотрясаясь от рыданий, бормотала она, в то время, как растерянная Ольга тщетно пыталась высвободить руки. – Простите меня, ради бога!
– Привет!
Подняв голову, Ольга увидела и саму девочку Леночку. Девочка весело ей улыбалась и выглядела теперь совершенно здоровой.
– Привет, малышка! – Ольге наконец-таки удалось высвободить руки, и теперь она попыталась поставить женщину на ноги. Пусть не сразу, но её удалось и это.
– Простите меня! – ещё раз повторила женщина и замолчала.
– А я уже не больна! – торжественно объявила Леночка, подходя к Ольге вплотную. – Мне это самый главный врач сказал!
– Правда?! – обрадовалась Ольга. – Вот здорово!
Потом она посмотрела на топорик в своей руке и несколько смутилась.
– Вы проходите! – сказала она. – Не стесняйтесь! Я тут… вроде как уборкой занималась…
– Может вам помочь? – с надеждой спросила женщина.
– Да нет, я уже закончила.
Она замолчала, и в прихожей повисло продолжительное и довольно-таки неловкое молчание.
– А где ваш муж? – спросила Ольга женщину, просто, чтобы хоть что-то спросить.
– Внизу, у машины! – как-то несмело проговорила женщина. – Позвать?
– Конечно, зовите! Сейчас чай пить будем.
Женщина метнулась за дверь, а Ольга, взяв Леночку за руку, повела её в комнату.
– У тебя тут красиво! – сказала Леночка, осматриваясь. Она подошла к фотообоям на стене, изображающим морское побережье, остановилась.
– Тебе нравится? – Ольга наконец-таки сумела избавиться от топорика, сунув его куда-то под диван. – А мне не очень!
Она села на диван, посадила девочку рядом с собой.
– Знаете, о чём я теперь мечтаю? – спросила Леночка, всё ещё продолжая всматриваться в морской пейзаж. – О море?
– В чём проблема! – Ольга прижала девочку к себе. – Теперь тебе любое море по колено! Правда?
Леночка несмело кивнула и вновь обняла Ольгу тоненькими своими ручонками.
В это время в прихожей послышался шум, потом в комнату всё так же несмело вошла мать Леночки с огромным тортом в руке. У отца, который следовал за ней, в каждой руке было по бутылке шампанского, плюс ещё какой-то увесистый свёрток под мышкой…
– А может, всё же, возьмёте?
Был вечер, они стояли недалеко от подъезда, прощаясь, и в руках у доцента-таксиста были деньги. Довольно крупная сумма в рублях и частично в валюте.
– Мы ведь от чистого сердца!
– Я знаю!