- Ну здравствуй, Антонелла.
- Здравствуйте, сеньор, - спокойно приветствовала Нелли.
- Какой у тебя симпатичный пёсик.
Девочка погладила щенка, уснувшего у неё на коленях.
- Да, - согласилась она, - только он не настоящий.
- Вот как.
Парень подошёл и опустился на скамейку.
- Так даже лучше, - доверительно сообщила Нелли. – Он не грустный. Как мама. И у него нет тучки.
- Тучки?
Нелли приложила руки к груди:
- Вот тут. У Фатьмы тучка. Я на неё дула, вот так, - показала как, надув худенькие щечки. Потом покачала головой: - Тучка не улетела.
Советник прикрыл глаза и замер. Потом взволнованно улыбнулся.
- Ну здравствуй, милая, - тихо прошептал он.
Хоть Нелли и не поняла, почему парень здоровается повторно, она воспитанно ответила:
- Здравствуйте.
Кемаль открыл глаза и осторожно погладил девочку по голове:
- Меня зовут Кемаль, - представился он, а сам мысленно разослал сообщение: «В Аравии появилась Новая».
Так они и сидели – молодой парень и худенькая девочка со щенком на коленях - когда Лори с Аишей ворвались в сад. Они обе получили сообщение от Кемаля с требованием срочно вернуться.
Испуганная Лори бросилась к девочке. И пока не убедилась, что с ней всё в порядке, не могла успокоиться.
А Аиша виновато шептала по-арабски:
- Я не заметила... Она всё чаще оставалась одна… Я не заметила.
- Успокойся, - сказал Кемаль, - не случилось ничего, что не должно было. Нужно увезти их отсюда.
- Что происходит? – спросила Лори, не понимавшая ни слова.
Кемаль обернулся к ней:
- Лори, вам с Антонеллой нужно переехать, - сказал он на итальянском. - Пока поживёте у Хамида.
- Да что случилось-то?
Советник выразительно посмотрел на Аишу. Та натянула на лицо улыбку.
- Нелли, пойдём, соберём кое-какие вещички, - взяв за руку, она повела девочку к дому.
Дождавшись, когда они отойдут подальше, Кемаль сказал:
- Фатьма умирает.
Лори громко сглотнула.
- Вам лучше уехать. Хамид с Аишей приютят вас, пока не подберёте себе дом. То, что не сможете забрать с собой сейчас, вам пришлют попозже. Лори, - повысил голос Кемаль, вглядываясь в распахнутые голубые глаза, - очнись. Всё в порядке. Рано или поздно это должно было случиться. Помнишь, жизнь и смерть - непрерывный цикл, на котором зиждется миропорядок? Я нужен Фатьме. Тебе пора, Лори.
Женщина кивнула:
- Да, да, - потом сделала пару шагов в сторону дома и повторила: - Да… И… Кемаль, я хотела сказать… Я уже приняла решение. Мне жаль, но…
- Всё хорошо, Лори. Ты правильно решила. Твоя дочь важнее всего, даже целого мира.
Двухметровый парень, плавно обогнув растерянную Лори, устремился к дому. Он уже отворил дверь, когда услышал:
- Кемаль…
Итальянка подошла и тихо прошептала:
- Я не могу уйти… Я… Она приняла нас и убежать… вот так… это некрасиво. Я пойду с тобой.
Советник лишь кивнул и пошёл в дом. Он был здесь впервые, но ему не нужно было указывать дорогу. Новый дошёл бы и с закрытыми глазами. Подойдя к комнате Фатьмы, он быстро открыл дверь и вошёл. Лори же мешкала… А когда шагнула следом за парнем, удивилась. Она ожидала услышать предсмертные хрипы, а вместо этого увидела женщину, сидящую на молельном коврике и перебирающую чётки.
Одетый в белоснежную абаю, с клетчатой куфией на голове, Советник опустился на колени перед Фатьмой. Та заговорила слабым голосом.
- Говорит, что видела тени, - перевёл Кемаль. – Холодные. И они уже близко.
Парень поднялся, наклонился, легко, словно пушинку, взял на руки женщину и перенёс её на кровать. Аккуратно уложил и снова опустился на колени.
Фатьма встретилась взглядом с Лори и что-то сказала. Кемаль ответил. Женщина устало улыбнулась.
- Она спрашивает, почему ты не ушла, - сказал парень. – Я объяснил. Подойди, Лори.
Лори заставила себя сдвинуться с места. Это было порывом души – остаться здесь, правда, сейчас это не казалось хорошей идеей. Но итальянка всё же подошла и присела на кровать, на другой от Кемаля стороне. Взялась за сухую, чуть прохладную руку старой аравийки. Та в ответ сжала Лорину ладонь и что-то проговорила.
- Ты очень хорошая, ясноглазая, - переводил Кемаль, не отводя глаз от лица Фатьмы. – Береги свою дочь. Дети – это счастье, посланное нам Господом.
Женский голос, говорящий на непонятном языке, затих, замолчал и Кемаль.
Фатьма отвела взгляд. Она смотрела куда-то перед собой, словно видела то, что не видят другие. И заговорила… Тихо. Немного испуганно. К чему-то прислушиваясь.
- Она говорит, что чувствует, как душа покидает её. Поднимается от кончиков пальцев ног…
- Поднялась выше колен…
- Теперь она не чувствует ничего ниже пояса…
Лори слушала, как аравийка тихо описывает свою смерть, а парень переводит, и беззвучно плакала. Удивительная покорность неизбежному, подкрашенная толикой страха перед неведомым и какое-то странное ожидание… вот каким оказался конец жизненного пути старой женщины, немало испытавшей на своём веку.
Лори чувствовала, как холодеет ладонь Фатьмы в её руках. Словно тепло утекало, ускользало вслед за душой.
