Перевернутый город полностью

Ильза прекрасно это знала. Как бы сильно ей ни хотелось, она не могла никого винить в Уизерворде за то, что ее считали мертвой. Мисс Митчем была единственной виновницей многих несчастных лет, которые Ильза провела в приюте. Девушка ненавидела тот факт, что даже спустя восемь лет после побега эта женщина все еще была способна наносить ей свежие раны. Она должна быть выше всего этого и перестать думать о том, как могла сложиться ее жизнь. Это был единственный способ оставить позади прошлое, которое все равно невозможно было исправить.

Смущенно расправив свой пиджак, Элиот нахмурился.

– Я знаю, это не утешает, – сказал он, невольно застав девушку врасплох. То, что ее мысли были раскрыты мальчишкой, который сам оставался для нее загадкой, было неприятным потрясением.

– Куда теперь? – холодно спросила Ильза.

Глаза Элиота цвета штормового океана снова обратились к ней. Юноша выглядел так, будто хотел сказать что-то еще, но лишь мотнул головой в сторону, увлекая Ильзу за собой в направлении к Грейт-Рассел-стрит.

– Я был еще совсем ребенком, когда твою семью убили, – продолжил Элиот после нескольких минут молчания; его голос звучал натянуто. – Но, мне кажется, у твоих родителей не было иного выхода, кроме как спрятать тебя в Ином мире. Твоя мать умерла, защищая своего сына. Думаю, родив Гедеона, она посмотрела на мир другими глазами и поняла, что у Лондона только два выбора: медленно, но верно уничтожить себя или же найти способ для каждой фракции осознанно не лезть в чужие дела. Именно поэтому она предложила ввести Принципы.

– Кстати, о них, – сказала Ильза. – Я почитала все запреты и поняла, что они нарушаются! Согласно Принципам, ни у одной фракции не должно быть армии, верно? Но в Зоопарке есть волки, а у оракулов – аколиты. Фаулер является капитаном, но я ни за что не поверила бы, что он работает в полиции.

– У нас есть органы правопорядка, – Элиот склонил голову, словно замечтался. – Какая дивная идея! Лидеры фракций, которые разрабатывали Принципы, уже тогда знали – как и твоя мать, – что при желании, найдя лазейку, все запреты можно обойти. Возьмем, например, запрет армий. Доклендские аколиты называют себя посвященными. В это время Зоопарк вербует волков, как членов синдиката, которые могут получать часть прибыли от торговли. Мы не доверяем друг другу достаточно, чтобы просто установить законы и спать спокойно, уповая на то, что наши враги будут их соблюдать. Если бы Принципы были однозначным и обязательным к соблюдению сводом правил, никто бы не согласился их принять, – выражение лица Элиота помрачнело. – Твоя мать пыталась создать хоть какой-то порядок. Звездочет использовал это, чтобы объединить всех, кто жаждал кровавой расправы над ней.

У Ильзы все внутри сжалось. Теперь она понимала. Череду событий, которая привела к падению ее семьи, начала ее собственная мать, стремящаяся сделать мир лучше ради сына.

Элиот остановился перед «Амбулаторией Эдварда Келли» и жестом поманил Ильзу внутрь.

– Нам сюда.

К прилавку тянулась очередь, но с первого взгляда стало понятно, что никто из покупателей не был оракулом. Плохой ли это знак?

Пока они ждали, Элиот склонился к Ильзе и прошептал:

– Помни, мы просто покупаем ампулу веманты, а потом уходим. Не делай ничего, что может привлечь внимание.

Ильза развернулась, оскорбленная намеком Элиота и готовая сказать ему парочку ласковых слов. В этот же миг над дверью звякнул колокольчик, и вошла женщина. Стоящие в очереди посетители зашевелились, чтобы освободить ей место в маленьком магазинчике. Они теснились друг к другу, пока Элиот не оказался к Ильзе настолько близко, что, несмотря на все его усилия, девушка почувствовала прикосновение его груди к своей.

У нее перехватило дыхание от неожиданной дрожи, пробежавшей по коже. Она встретились с Элиотом взглядом и поняла, что он заметил ее реакцию.

Ильза отпрянула назад. Ее каблук зацепился за подол платья. Девушка непременно бы упала, но Элиот молниеносно среагировал, обхватывая ее руки теплыми сильными пальцами. Его взгляд метнулся к женщине, ворчавшей об их возмутительном поведении на людях.

– Вот как раз об этом я и предупреждал, – пробурчал Элиот.

Ильза насупилась, освобождая себя из его хватки и поворачиваясь к прилавку. Не ее вина, что в аптеке тесно. Слишком тесно. И жарко. А еще жарче стало, когда Элиот снова прижался к ней и зашептал в ухо:

– Мне казалось, ассистентки фокусников должны быть более грациозными.

Он ее дразнил. Ильза слышала злую насмешку в его шепоте. Она уже готова была рискнуть и привлечь внимание людей во второй раз, чтобы сказать Элиоту что-нибудь язвительное, когда стоящий перед ней человек отступил в сторону, и они оказались в начале очереди. С этого места было невозможно не заметить объявление на прилавке:

Приходя в себя, Ильза уперлась руками в бока. Может, это какая-то зацепка.

– Тут нужно сказать какой-то секретный пароль или как?

– Даже не думай об этом, – процедил Элиот, но Ильза не обратила на него внимания.